Всё ты умеешь! И нехрен мне тут прикидываться старичком. А то взяли моду! Я такое не умею, сякое. Тебе тридцать лет всего, а ведёшь себя, будто тебе под сотню.

Его руки снова вспыхнули ярким светом."

"— Во! Что я говорил! Умеешь же! — он довольно улыбнулся. — А теперь, когда мы их видим, давай закладывай схему, — снова смесь щелчков и гортанных звуков. — Во-о-он ту планетку пока обогни. Пусть нас теперь эти недо-пираты подогоняют. Мы будем быстрее. Сейчас ещё кой-чего подготовим, и посмотрим, кто кого.

Всё это время я сидела, пытаясь осознать происходящее. Поведение командора сейчас крайне напоминало компьютерщика на маминой работе. Когда я была мелкой, мама брала меня с собой на работу. Старый компьютер у неё часто ломался, и тогда приходил здоровенный бородатый дядька в красном свитере и, ковыряясь в начинке системного блока, вот так же разговаривал с проводками внутри и платами.

Меня передёрнуло от сравнения. Это он сейчас разговаривает со спасательной капсулой, как со мной только что говорил?.. Меня кольнуло обидой, что командор не верит мне, что я живая — мои руки засветились синевато-фиолетовым светом.

Командор резко обернулся, свечение из моих рук втянулось в диск на его груди.

— Малышка, ты чего? — он нахмурился. — И вообще, что ты там делаешь? Я тебе сказал подойти.

От требовательного тона, в котором явственно звучали властные ноты, я вскочила, подошла к нему.

— Так, я нам выиграл немного времени, — сказал он, — сейчас соображу, что ещё осталось. Капсулу я в боевой режим перевёл, балласт сбросил, маневровые щупы вывел, турели развернул, боеприпасы нашёл, на рельсы установил. Пиратов обнаружил, схемы обхода, используя гравитацию планеты, запустил. Вроде основное всё. Ладно, что забыл, по ходу вспомню. Если забыл, значит, некритично.

Командор перевёл взгляд на меня, поднял руку, провёл пальцами по моим волосам. Я испуганно отпрянула.

— Стой спокойно! — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Мало энергии. Вот что критично.

Глава 5. Подход

Командор снова погладил меня по волосам. Я постаралась стоять спокойно, как он приказал, но меня пугали его прикосновения, а ещё его непонятное пока внимание ко мне и неизвестность.

Зелёный свет от моих рук втягивался в диск на его броне.

— Красивая, — задумчиво рассматривал моё лицо, задерживаясь на губах. — Ты знаешь, что ты очень красивая?

В том, как он рассматривал меня теперь… я больше не видела ничего опасного. Так любуются произведением искусства. Наверное, такое выражение было на моём лице, когда в музее я зависла у картины Куинжи.

Странно так. Все картины были такие, что смотришь, «да, красиво» и идёшь дальше. А вот у той нереальной мистически-зелёно-чёрной завораживающей таинственности я стояла и стояла, и никак не могла отойти от неё.