Угрюмо вздыхаю, поправляю сумочку и фыркаю:

– Подвези меня до клиники, – произношу, даже не смотря на своего жениха. Надо как можно быстрее от него избавиться. А ещё… нет. Сначала я поговорю насчёт операции сестры. И как только та состоится – уже буду думать, как разорвать наш контракт.

– Садись, – кидает и отворачивается, снова возвращая взгляд к дороге. То есть вот так всё просто?

Я быстро, пока он не передумал, сажусь на заднее сиденье. Чтобы, если ему вдруг приспичит ко мне пристать – у него не получилось. Я молча отворачиваюсь к окну и слежу за дорогой. На его какие-то вопросы и издёвки односложно и сухо отвечаю.

Он высаживает меня у клиники, в которую иду одна. Врач принимает меня быстро.

– Уже были у гинеколога?

Я киваю.

– Карта есть?

Достаю из сумки, протягиваю ей. Хотя не понимаю зачем.

– Мне таблетки нужны, – смущённо говорю. – Ну, чтобы не забеременеть.

Она хмурится, читая мою карточку. Понимаю почему. Вопросов у неё наверняка много. А я уже судорожно пытаюсь придумать причину моей идиотской просьбы.

– Вы меня, конечно, извините, – поднимает вопросительный взгляд. – А вам зачем?

Ну вот почему просто нельзя молча выписать таблетки? Карта ей зачем нужна? Я же могла всё рассказать, что-нибудь придумать. А ещё проще было пойти в аптеку и купить всё самой. Но как потом перед Беркутовым отчитываться?

Сказать ей правду?

– У вас ведь спайки на яичниках. А это уже диагноз «бесплодие». Боюсь, переживать вам незачем. Ой, простите, точнее…

Она чувствует себя неловко, а я стараюсь разбавить атмосферу, хотя мне и самой не по себе.

Диагноз «бесплодие» мне поставили давно. Я помню, даже лечилась от этого, но… Лечение дорогое. Да и одних таблеток недостаточно. Нужна операция, на которую у меня, как всегда, нет денег. А я очень хочу детей. Но понимаю, что сейчас они для меня – лишняя забота, как бы грубо это ни звучало.

Возможно, я попрошу у Беркута денег и избавлюсь от этих спаек, но… Не хочу. Я ведь понимаю, что ночами мы не фильмы смотреть будем. А я не хочу забеременеть от этого человека. Он сам этого не хочет.

Поэтому, как бы ни было печально, лечиться я буду не скоро.

– Всё нормально, – успокаиваю её. – Просто выпишите мне таблетки. И если возможно, напишите, что я полностью здорова.

Доктор явно не ожидает от меня таких слов. А что я скажу? Конечно, проще во всём сознаться Беркуту, и тогда никакие таблетки не нужны. Но я не хочу. Я вообще ненавижу этим делиться.

Она глупо смотрит на меня. И ей явно не нравится мой ответ.

Да, я та ужасная девушка, что, по её мнению, настолько не хочет детей, что не доверяет спайкам и пьёт противозачаточные.

Ай, плевать. Объяснять ничего не буду.

– Держите, – как-то пренебрежительно кидает мне результат обследования, которого не было. И название таблеток.