Пытаюсь верить в лучшее, но это не даёт шансы на успех…

Так, хоть сегодня не думай об этом!

Мы садимся в машину, и Артур хмурится, замечая моё состояние. С утра он уже расспросил, что со мной не так, когда я чуть не расплакалась за завтраком. Бабушка спросила, думали ли мы над именем.

Так плохо говорить… Но я хочу, чтобы они уехали.

Я люблю их. Но морально не выдерживаю. Впереди целая неделя…

Мне немного нужно принять это, отдохнуть. Не думать.

Но сейчас это невозможно.

Мы трогаемся с места, отправляемся в театр. Я пытаюсь отвлечься. Смотрю на сцену, поглядываю на бабулю, которая, почти не дыша, смотрит постановку. Она оказывается комедийной, и мы всё же смеёмся, а под конец в хорошем расположении духа выходим из здания театра.

Артур держит меня за локоть, пока я хватаюсь за платье и спускаюсь аккуратно по лестнице, посматривая на ступеньки.

Каблука почти нет, но запутаться в ткани – легко могу!

– Это было волшебно! – счастливая бабушка сияет ещё больше. А вот Мила…

– Ага, – без особого энтузиазма хмурится. Да, театр – не её. – Правда, я голодная.

– Я бы тоже поела что-нибудь, – хихикаю. Красной икры с помидорами…

– Надо исправлять, – летят немногочисленные за этот день слова Артура."

"Он весь вечер задумчивый, думает о своём. Молча ведёт меня к машине. Кое-как выходит из своих мыслей уже в пиццерии. Да-да, мы прямо в платьях, а Беркут в смокинге, пошли туда. В самую вкусную в городе! И нам всё равно было на окружающих, мы просто веселились, болтая обо всём.

Счастливые возвращаемся домой. Не ужиная, ни с кем не прощаясь, я иду в свою комнату. Когда Мила заходит играть – делаю вид, что сплю. А потом лежу, мучимая совестью, сжимая простынь пальцами.

Мы как-нибудь ещё поиграем, но чуть попозже.

Когда удостоверюсь, что с моей малышкой всё будет в порядке.

Засыпаю, не дожидаясь Беркута. А с утра он везёт меня в ещё одну клинику. Там его жена проходила обследование. Мы снова делаем УЗИ, и уже второй врач подтверждает, что у нас будет девочка.

В этот раз реакция… Смиренная.

Вера в лучшее стёрлась в пух и прах.

И мы вернулись домой, не говоря ни слова.

Неделя с родными пролетает незаметно. Эти выматывающие и счастливые дни быстро заканчиваются, хотя я думала, что они будут тянуться вечность.

И вот настаёт время отъезда, а противоречивые чувства возрождаются внутри.

Не хочу, чтоб они уезжали.

Но понимаю, что ещё немного – и сойду с ума.

Смотрю на них, на то, как чемоданы опускаются в багажник, и грусть накатывает.

Да, у меня есть Артур, но… Это ведь неродная кровь.

Слёзы наворачиваются. От всего.

Пусть это гормоны, но сейчас так хочется прорыдаться!

А ещё сильнее вгоняет в хандру другое. Я прикрываю маленький живот платьем в надежде, что про него забудут. Ничего не скажут.