А я видела такие линии лишь после долгой концентрации и со скрипом.

Вот тэс Малей и подкрался!"

"– Доброго вечера, Элия, – небрежно сказал он. – Куда идёшь?

Я остановилась, чтоб унять испуганное сердце, потом выдохнула:

– Не делай так больше.

– Прости, – сказал без тени раскаяния. – Я заметил как ты покидала жилое крыло и, учитывая некоторые обстоятельства, решил проводить.

– Какие ещё обстоятельства? – не поняла я.

Салис заметно скривился:

– Драконов, конечно.

Я подумала и показательно огляделась. За окнами уже стемнело, а в коридоре административного этажа кроме нас никого не было.

Более того…

– Драконы не ночуют в замке, их тут нет, – напомнила я веско.

– Вчера не ночевали, – поправил сокурсник. – А сегодня их планы могли измениться.

Резонно, но!

– И что ты сделаешь драконам? – фыркнула я. – Сам ректор ничего сделать не может. А он, между прочим, сильнее любого из нас.

Парень посмотрел исподлобья и огорошил другим заявлением:

– Ты сегодня весь день таращилась на этого Рэйтрана.

Я застыла в недоумении.

– Я? Таращилась?

– Ещё как! – отлепляясь от стены, прямо-таки выплюнул он.

– Да не было такого.

– Потом ещё говорила с ним, – добавил Салис обвинительно. – Ресницами перед ним хлопала.

Так. Подождите.

– Во-первых, я не таращилась и не хлопала. Во-вторых, по-твоему, я не имею права поговорить с Рэйтраном?

Но дело, как выяснилось, было не в правах…

Салис скользнул навстречу и, замерев в каком-то полушаге, уставился злобно. Неужели ревнует? Или решил снова поговорить о любви?

Я печально вздохнула – вот сколько можно? Вчера я даже согласилась с ним прогуляться. И пусть в процессе прогулки больше думала о ящерах и том самом Рэйтране, но мы с Салисом всё-таки смогли пообщаться.

Результатом общения стало моё спокойное, взвешенное «нет».

Нет, и всё. Замуж не выйду и никаких романтических отношений у нас не будет. На весенний бал, который предшествует сессии, тоже не пойду.

В смысле пойду, но не с ним.

– Элия… – прозвучало хрипло и глухо.

Я качнулась назад, увеличивая разделявшее нас расстояние, а Салис выпалил, как-то странно чеканя слова:

– Когда ты уже поймёшь? Элия-Мия тэр Линидас, ты мне очень нравишься!

Стены коридора неожиданно качнулись.

Ещё секунда, и моё сознание заволокла тьма.

Глава 8

Утро встретило меня сильной головной болью и ощущением какого-то забвения. Я отлично помнила свой разговор с ректором, а как добралась до комнаты и легла спать – нет.

Вдобавок у меня губы горели… Странная реакция. Обычно она возникает, когда ем острое или наоборот кислое, но за ужином ничего такого вроде не было.

Или всё-таки было?

Или…

Так и не сумев вспомнить, я отчаянно тряхнула головой.

Потом попросила у Ри обезболивающую пилюлю и заставила себя подняться.