Одно могу сказать, они мудро сделали, что не пели, а кричали, заглушая своими голосами игру отчаянно фальшивящего музыканта.

— Позорище, — услышала я рядом с собой. Скосив глаза, увидела Раду в сопровождении Василя и Зоси. Вася без претензии на оригинальность был одет под араба. Рада и Зося пришли на карнавал в обычных летних сарафанах. — Одна забота — напиться и песни орать. Как бы им намекнуть, что они не дома? Вась, сходи, скажи.

— Оно мне надо?

— Ну да, конечно, скажи еще, что Роман — твой друг!

— Друг, не друг, но мужик он нормальный.

— А Богдан? Алкаш! Интеллигентом прикидывается. Про Ярослава я вообще молчу… Так ты пойдешь?

— Радочка, ну зачем тебе это нужно? Пусть поют, ведь они никому не мешают.

— Ты думаешь? Да они ведь уже матом голосят!

И правда, допев песню про Галю, которая несет воду, национальный украинский хор перешел на матерные частушки.

— Что о нас подумают?!

— А что подумают? Мы же с ними не поем? — заметил Василий.

— Да что с тобой говорить?! Я мыслю масштабнее и говорю не о нас, а об Украине в целом. Иди, скажи, чтоб страну не позорили.

Василий безропотно поплелся к соотечественникам. Рада отвернулась к воде и потому не видела, как ее мужу налили полную чарку. Василь с оглядкой на жену выпил до дна и только после этого рискнул сделать замечание. Я не слышала, что он им сказал. Песня ненадолго оборвалась. В эту минуту, я полагаю, Василий был послан куда-то очень далеко, возможно, дальше, чем на родину, — и с новой силой зазвучали родные мотивы.

— Рада, я им сказал, но они не слушают, — доложил Василий жене. — Ты права, культуры в них ни на грош. И ведь не понимают, что нацию позорят, — сокрушался послушный жене Василий.

— Не слушают, говоришь, — приподняв одну бровь, усмехнулась Рада. — Тебя не хотят, а меня им выслушать придется. — И она, норовисто вскинув голову, направилась к шезлонгам.

— Рада, не надо, — попытался остановить ее Василий. Тщетно. Она лишь ускорила шаг.

Рада, как я могла заметить, была весьма склочной и вредной особой. Одного Василя воспитывать ей было мало. И сдались ей эти соотечественники! Кому они по большому счету мешали? Да и частушки, несмотря на неприличный текст, были смешными. Своим пением Роман и компания здорово завели окружающих. Кто-то уже стал им подпевать, но в этот момент появилась Рада. У Богдана и Романа вытянулись лица, должно быть, Рада сказала им нечто обидное. Светлана покраснела и насупилась. Катя отвернулась, сделав вид, будто она к компании не имеет никакого отношения. Один Ярослав не спасовал перед вредной дамочкой. Он даже что-то ей ответил, наклонив голову вперед и глядя исподлобья. Рада резко повернулась на сто восемьдесят градусов и быстро зашагала обратно.

— Дурак, — не разжимая зубов, процедила она. — Этот Ярослав — полный дурак.