И желать, чтобы его руки касались лишь меня, губы целовали лишь меня и «птичкой» он называл только меня!

Возвращаюсь на рабочее место полностью разбитой.

Я уже любила мужчину. И ни к чему хорошему это не привело. Пришлось собирать себя по кусочкам. Он издевался надо мной. Бил. Обнимаю себя руками в попытках собраться. Нужно дать бой этим чувствам!

Они слишком опасны для меня. А что, если у Раенского тоже есть темная сторона? Бывший поначалу на руках меня носил, любил, дарил подарки и всячески ублажал. А потом всё закончилось очень плохо. Нет, я не могу…

– О чем задумалась? – голос Артура быстро ставит мозги на место.

– Ни о чем. Работаю, – отвечаю коротко.

Мужчина уже успел переодеться. Наверняка съездил домой, принял душ. От него хорошо пахнет. Фоновой вообще вызывает у меня смешанные чувства. С ним хорошо в постели. Очень.

Но у нас нет душевной близости. А с Игорем она проявилась в самый первый раз.

– Поехали к врачу.

– Эээ…

– Вика, – серьезно говорит генеральный, – мы же договорились в выходные.

– А, да… ладно, – встаю и начинаю собираться.

Мы договариваемся выйти порознь, чтобы не пошли слухи. Потому что любая женщина рядом с Артуром автоматом становится в глазах общественности его любовницей.

Так что я выскальзываю из офиса и нахожу его машину на торце здания. Надеюсь, меня никто не видел.

– Вика, – серьезно говорит Артур, – я тут кое-что увидел. И мне это не понравилось.

– Что именно? – жмусь к двери, пугаясь его давящей ауры.

– Ты питаешься одними салатами? – спрашивает меня.

Эм… Я действительно ем немного. Ведь почти все деньги уходят на лекарства для бабушки. Но признаваться в этом я не намерена.

– Я люблю зелень, – отрезаю и отворачиваюсь.

– Посмотри-ка на меня, – приказывает мужчина, но я не подчиняюсь.

Он хватает мой подбородок и вынуждает повернуть лицо к нему. Почти черные глаза блестят. Он опускает взгляд на мои губы. Тянется, но я машинально отодвигаюсь. Сейчас просто не могу… В голове все еще слышу томное рычание Раенского.

На губах горят его поцелуи. Да что же со мной?

Щёки вспыхивают, обхватываю их ладонями.

– Ладно, поехали.

Заводит своего «зверя» и стартует. Выезжаем на дорогу, каждый думает о своём. Мне немного неловко, несмотря на то, что мы творили утром.

– Да, милая? – в последнем слове столько яда, что я вздрагиваю.

Бывшая жена? Невольно прислушиваюсь.

– Нет, сейчас я занят, Ира. Звони моему адвокату.

Из трубки льются отборные ругательства. Мне хочется прикрыть уши, потому что слышать такое от женщины как минимум странно. Меня так воспитала бабушка. Что мат – это плохо и не красит девушку.

– Я сказал тебе: ни одной акции «Фона» ни ты, ни твой любовник не получите.