Не хочу ни врачей подставлять, ни администрацию, а они обязаны об огнестрельных сообщать, да и клиника серьезная, зачем им репутацию портить? Кроме того, тут проверенные нужны, свои. Слишком ситуация… щепетильная, — он даже ей подмигнул. — Не бойся, золотая моя. Все. Будет. Хорошо. Я же пообещал тебе, помнишь? — он где-то нашел силы улыбнуться… Прижался коротко к ее губам жестким поцелуем.

Но Тала, если честно, только его напряжение и твердость мышц ощутила. Дикий страх за любимого продолжал колотить ее, будто дугой электричества пробивало.

— Все, погнали, каждый по своим, — буквально передав ее с рук на руки Грише, довел Талу до машины друга.

Охрана набилась следом, второе авто им в сопровождение тут же подогнали. Окружили со всех сторон, так ничего и не увидела толком, лишь грязь на снегу и кровь… И за Макса вдруг переживать стала, ведь их прикрывал, но и близко не так, как за Дениса душу сводило судорогой! А еще непонятно, что с тем, в которого она стреляла…

В голове шумит, в ушах кровь грохочет! Вцепилась в Дениса, не в состоянии разжать пальцы, хотя муж уже ее на сиденье машины Гриши усадил.

— Люблю, золото мое! А ты о своем здоровье сейчас подумай, — поняв это, хрипло прошептал Денис ей в самое ухо. И сам же мягко, но твердо пальцы Талы со своего рукава отцепил.

— Денис! — почему-то казалось, что это все… как мыльный пузырь!

И ему больно! И не по-настоящему он все говорит! Мир какой-то нереальный вокруг, как декорация. Пугал нарастающий металлический блеск в синих глазах, словно подернутых дымкой боли. Нельзя им разлучаться! Не может отпустить его, не должна одного оставлять!

— Езжайте! — захлопнув дверь с ее стороны, велел Денис, не оставив ей и шанса.

И Гриша запрыгнул в машину около Талы а одновременно с этим, водитель нажал на газ, не позволяя ей назад, к мужу выпрыгнуть!..

Глава 33"

"Дорога в больницу запомнилась Тале очень слабо, ее буквально поглотили жуткий ужас и страх за благополучие любимого, как-то заслонили собой любую иную реальность. Гриша поначалу пытался что-то ей рассказать, втянуть в диалог, но потом, поняв, очевидно, что Тала его совсем не слышит, друг перестал дергать.

Может, и зря, конечно, его болтовня хоть как-то на поверхности реальности удерживала. Но у Григория, показалось, и самого огромная куча задач была, он кому-то звонил все время, писал, раздавая, возможно, указания…

Она же будто соскальзывала в глубину некого сужения сознания, когда все мысли в голове крутились лишь вокруг случившегося. Тала, откровенно, и не особо понимала, сколько еще ехать и что самой вскоре предстоит.