Но вот чокнуться предлагал именно Тале, очень выразительно протянув свой бокал в ее сторону.

Так и не поняв, что именно хотела ранее сказать Света, сейчас сидевшая, притихнув, вперив взгляд в свой бокал, Тала взяла фужер.

— За знакомство, Денис, — улыбнулась, с удовольствием вслушавшись в красивый перезвон, которого и музыка не перекрыла.

Надо же, точно не простое стекло. Неужели хрусталь?.. Богемское стекло? Кто бы мог подумать, что такое можно встретить в ночном клубе…

А Денис смотрел ей глаза в глаза, удерживая взгляд и тогда, когда оба глоток делали. Одновременно вышло.

Именно в этот момент, наверное, он принял окончательное решение оставить ее около себя на ночь, как минимум.

— Может, кальян? — предложил, когда она отставила фужер, продолжая пальцами тонкую ножку бокала охватывать.

С некоторой растерянностью глянула в его сторону, словно не совсем поняла, что именно Шуст сказал.

— Нет, спасибо, — качнула медленно головой, будто еще смакуя вкус вина. Ему это понравилось… То, что не торопилась, не пыталась ухватить больше, а смаковала. — Я не курю в принципе.

Она смотрела прямо, так, что он, натренированный куда более искушенными переговорщиками, лжецами и пройдохами, ясно видел: девчонка не врала.

— И не пробовала никогда? — уточнил для формы, скорее.

— Нет, — улыбка Талы стала какой-то напряженной, будто ей не нравилась тема. Да и тон стал холоднее.

Интересно… Что ж, значит, ошибся, и голос у нее такой от природы, видимо.

— Так, может, стоит? Сама же сказала, что хочешь новое в жизни узнать…

— Не курение точно, — рассмеялась в итоге Тала, пусть и ощущалось, что тема все еще ей не по нраву.

— Понял, принял, — кивнул, продолжая внимательно ее изучать, хоть внешне и улыбался.

На кой черт? Зачем так детально препарировать девчонку, с которой развлечься всего лишь думает? С какой стати ему сдались ее мысли? Или что-то таки хочет намекнуть его интуиция?

— Правильно, для здоровья вредно, если верить нашему министерству, — перевел все в шутку, вновь чокнувшись с ней своим фужером, подтолкнув еще отпить.

Сам лишь губы смочил, хоть шампанское и велел принести самое лучшее. Смотри-ка, ему в ней разобраться вдруг стало интересней, чем иное все.

В позиции Талы насчет происходящего, в загадке голоса, почему курение так категорично отвергает? Дело принципа?

А голос его почему-то продолжал прилично интересовать. Любопытный феномен. Но не отталкивающий, даже больше цепляющий, словно обещающий нечто более глубокое и объемное… Шусту нравилось, вообще-то. Собственно, ему все больше нравилось в этой Тале все, что успел заметить. Да и то, как вечер развивался, радовало.

Только вот не любил, когда в голове что-то не складывалось в гладкую картинку.