Охрана проследовала в свою служебную комнату, оставляя нас с Марком одних в полутемном коридоре.

Марк стянул с себя плащ, направляясь в сторону спальни. Я же последовала за ним, нервно теребя широкий пояс своего плаща, при этом прикусив слегка губу.

– Поторопись, – бросил он вслед, когда я отстала от его быстро удаляющейся фигуры.

Мне пришлось почти бегом преодолеть несколько метров до спальни, дверь в которую была открыта. Как только я вошла, Марк с хлопком закрыл ее, поворачивая замок.

– Не хочу, чтобы нас потревожили, – хитро произнес он, одновременно освобождаясь от пиджака и ослабляя узел галстука.

Я же медленно развязала пояс и принялась расстегивать несколько пуговиц, наблюдая за тем, как Марк не сводит с меня темных глаз.

– Лидия Андреевна точно не расстроится из-за того, что мы сбежали? – спросила я, освобождаясь от плаща.

– Нет, – быстро ответил мужчина, следя, как я убираю верхнюю одежду. – Парни прикроют нас. Да и она не обидчивая, тем более знакомы мы очень давно.

– Я заметила это, – тихо проговорила я, теперь уже наблюдая, как Марк освобождается от галстука. – И как давно ты знаком с мэром и его женой?

– Очень давно.

Еще с детства. Лидия Андреевна была лучшей подруги мамой мамы, – спокойно ответил он. – Но давай поговорим об этом как-нибудь в другой раз.

– Конечно, – улыбнулась я, дотронувшись рукой до одной из тонких бретелей.

Марк устремил на меня взгляд, полный ожидания. У меня перехватило дыхание от предвкушения, и дрожащей рукой я освободила свои плечи от кусочков ткани. Платье скользнуло вниз, обнажая грудь, соски которой затвердели от ощущения внезапной прохлады. С бёдер я помогла платью сползти сама, потянув ткань вниз, которая кольцом упала около моих ног.

– Чулки? – выдохнул Марк, не тронувшись до сих пор со своего места.

– Да, чулки, – кивнула я головой. – Так что формально, я не полностью обнажена была под платьем, – хитрая улыбка появилась на моем лице. – Я сниму их? – и потянулась к тонкой эластичной ткани, но Марк резко остановил меня, в одно мгновение оказавшись около меня и перехватив руки.

– Оставь, – прохрипел он, нежно сжимая мои ладони. – Мне нравится так.

– А если они порвутся? – спросила я, отчасти пожалев, что могу испортить такую вещь.

Они мне успели понравиться за сегодняшний вечер.

– Я подарю тебе таких с десяток, если хочешь. Нет, сотню, – тихо произнес он, нагибаясь к моему лицу. – И буду рвать их вновь и вновь."

"Когда я попыталась ответить, его губы заставили меня замолчать, а язык оказался внутри рта, лаская и волнуя. Жар охватил мое тело, низ живота до сладкой боли напрягся, а между бёдер стало невыносимо мокро. Я захотела почувствовать Марка между ними так, чтобы он наполнял меня до самого конца.