Сначала одна, потом другая ракеты-перехватчики исчезли в факелах разгонных двигателей баллистических ракет. В следующее мгновение друг за другом грянули два мощных взрыва, сжигающих ракетное топливо, защитную оболочку и электронную начинку ядерных боеголовок.

Экипаж высланного на перехват бомбардировщика не услышал прогремевших в небе взрывов и не увидел вспыхнувшего в вышине огненного шара. Но исчезновение на экране радара светящихся отметок уничтоженных целей подтвердило, что поставленная экипажу боевая задача выполнена.

* * *Увидев возле КПП Главкомата ВМФ тонкую фигурку Вероники, Егоров коснулся плеча Ватутина, сидящего рядом с ним на жесткой скамье «Газели»:

– Остановите. Я выйду здесь.

Проследив за направлением взгляда Егорова, Ватутин улыбнулся и, подавшись вперед, скомандовал:

– Коля, тормозни!

Микроавтобус приткнулся к кромке тротуара.

– Вы куда сейчас? – поинтересовался Егоров, взявшись за ручку двери.

– Сдадим красавца... – Ватутин кивнул на сидящего на противоположной скамье с мешком на голове и закованными в наручники руками Джафара, которого крепко держали с двух сторон сидящие по бокам «альфовцы», – и на базу.

Егоров протянул другу руку.

– Сегодня отдыхайте, а завтра с рапортом ко мне.

– Это уж как водится, – изобразил обиду Ватутин. Но бодрый настрой после успешно завершенной операции не располагал к унынию. Ватутин подмигнул Егорову и, указав взглядом на застывшую у КПП девушку, с улыбкой сказал: – А она ничего.

Егоров покачал головой, но промолчал и, распахнув дверь, выпрыгнул наружу.

Увидев его, Вероника бросилась навстречу.

– Приказ отменен, лодка возвращается на базу, а две запущенные ракеты сбиты самолетом-перехватчиком!

– Я знаю. Игорь держал постоянную связь со штабом по кабельной линии, – нежно обняв подбежавшую девушку, ответил Егоров.

Вероника тоже крепко обхватила его и всем телом прижалась к нему. Они долго стояли, обнявшись, посреди тротуара, не замечая спешаших мимо прохожих и не обращая внимания на их недовольное бормотание: модно одетая молодая девушка в изящных сапожках на высокой шпильке, плотно облегающих ее стройные икры, и сорокалетний мужчина в мятом пиджаке, перепачканных грязью брюках и ботинках. Потом Вероника подняла голову и заметила:

– Ну и видок у вас, товарищ полковник.

Егоров тяжело вздохнул.

– А мне еще генералу докладываться. А он знаешь какой строгий? За один только внешний вид может наказать.

Вероника сочувствующе покачала головой и, поправив Егорову галстук, ответила:

– Мне кажется, что сегодня он простит твою неопрятность.

– Эй, коллеги! Может быть, вас все-таки подвезти? – раздался из распахнутой двери «Газели» голос Ватутина.