– Или ее записи? Как я понял, она не гнушалась запрещенными методиками, почему и умерла столь рано. Обменивать свою жизнь на контроль близких очень невыгодно, знаете ли.

– Мне кажется, там не было ничего особо ценного, – ответила я после недолгого раздумья. – Две книги по магии и общая тетрадь с записями. Правда, мне их не показывали, так что я могу и ошибаться.

– Только одна тетрадь? – уточнил Беранже. – Вы уверены, что их не было несколько?

– Уверена, там и в этой тетради только часть страниц заполнена. Бабушка ее при мне вручала Тересе, точно не помню, с какими словами, но общий смысл был, что теперь моей сестре придется самой туда все дописывать.

Полковник задумался.

– Так, – наконец сказал он. – Значит, записями вашей бабушки расплатиться она точно не могла.

– Но ведь она и раньше этим занималась, – добавила я. – Я уверена, что на Даниэля она тогда тоже воздействовала.

– Да там обычное зелье было из тех, что у Ясперса в Академии делают, – вмешался Суарес, – а вовсе и не приворот. Тереса за ним во Фринштад ездила, в чем призналась родителям.

– Тереса призналась? – удивленно переспросила я.

 – На нее это совсем не похоже.

– И тем не менее призналась, – повторил Суарес. – По словам ваших родителей, она сказала, что не желает зла Даниэлю и было бы жестоко заставить его расплачиваться за ее ошибку.

Я пораженно молчала. Такое великодушие, такое благородство – этого я никак не ожидала от собственной сестры. Возможно, мама была права, когда говорила, что Тереса хочет со мной примириться? И она просто не успела попросить у меня прощения?

– Кстати, о зельях, – внезапно сказал Андрес. – А не было ли в то время, когда привораживали сестер Венегас, всеобщей эпидемии влюбленности в Даниэля Феррейра?

– С чего такой странный вопрос? – Беранже заинтересованно прищурился.

– Просто возникла одна идея, – туманно ответил Андрес, – хотелось бы получить факты, ее подтверждающие.

– Или опровергающие, – заметил Беранже. – Даниэль Феррейра, с женской точки зрения, очень привлекательный фьорд. Думаю, он и без зелий пользовался успехом у прекрасных дам.

– И все же?

– Да смысл проверять? – удивился Суарес. – Ясно же, что это дело рук Феррейра.

 – Он начал загибать пальцы, перечисляя по пунктам, почему он так считает. – В дом вхож, приворот к нему, успехи в алхимии опять же. Но заниматься этим никто не будет. К убийству столь давние привороты отношения не имеют.

– Но какая выгода была Даниэлю нас привораживать? – недоуменно спросила я. – Он же ничего с этого не получил, кроме нынешних проблем.

– Это вы так думаете, – возразил Суарес. – Чтобы торговать, сначала надо проверить на ком-то. Вот вас и использовал в качестве подопытных животных.