– Просто здесь не время и не место для спарринга, – сказал он. – Мы пришли сюда, чтобы мисс Уитмор выбрала цветы для букета.

И в тот же миг Рейф заметил в руках у Клио букетик каких-то цветочков.

– Дело сделано, – объявила она, продемонстрировав свои цветы. – А теперь можно погулять. Знаете, в этом парке даже водятся олени…

Рейф быстро подошел к ней и спросил:

– Вы хотите сказать, что эти цветы – весь ваш букет?

– Да. Мистер Монтегю любезно срезал их для меня.

Рейф с возмущением уставился на неопрятный букет, который она сунула ему под нос. Многие из бутонов еще не распустились, а те, что распустились, уже растеряли часть лепестков.

Тут были розы… и еще какие-то цветы, названия который он не знал.

– Вы обещали сотрудничать, – буркнул он.

– А я и сотрудничаю.

В этот момент к ним подошла Дафна и, отобрав у сестры букет, заявила:

– Это не пойдет. Ужасно. Уродливо. Неправильно. Мистер Монтегю, неужели вы ничего не знаете о языке цветов?

«Оказывается, у цветов есть язык? Господи, только этого не хватало…» – со вздохом подумал Рейф.

– Каждый цветок содержит определенное послание, – продолжала леди Камбурн.

 – А этот нелепый уродец несет в себе совсем не ту информацию, которая нужна на свадьбе. – Дафна принялась выдергивать цветы из букета и, бросая их на землю, поясняла: – Желтые розы – это зависть. Примула – непостоянство. А пижма… – Она поморщилась. – Это объявление войны.

– Значит, есть цветок, символизирующий объявление войны? – Клио подняла один из цветков. – Как интересно… Быть может, мы посылали букет таких цветочков Наполеону? Или их можно использовать вместо перчатки – чтобы бросить вызов?

– Если мужчина ударит меня по лицу этой самой пижмой, – сообщил Рейф, – мне такое едва ли понравится.

– А если женщина?

– С женщиной драться не станешь. – Он пожал плечами. – Пожалуй, я дам ей сдачи тем же букетом.

Клио отвернулась, но Рейф успел заметить, как дрогнули в усмешке ее чувственные полные губы и как порозовели щеки. И почему-то он вдруг почувствовал, как в груди у него разлилось странное тепло…"

"Интересно, почему она так часто краснела? И почему ему нравилось вызывать на ее щеках румянец? Более того, по какой-то совершенно непонятной причине, замечая, как вспыхивали ее щеки, он чувствовал, что все сделал правильно.

– Подождите-ка! – воскликнул Бруизер. – На самом деле мне очень хорошо известен язык цветов! – Он тщательно одернул жилет и заявил: – То есть известен его венский диалект.

О боже! Рейф понял, что не вынесет этого.

– Что за венский диалект? – полюбопытствовала Дафна.

– Не забывайте, миледи, что лорд Гранвилл много лет жил на континенте. – Бруизер поднял с земли желтую розу. – В Австрии эти розы говорят не о зависти, а о преданности. – Он присоединил к розе примулу.