– Мне сообщили, что он умирает и зовет сына, – проговорил Рейф. – Но я сказал себе, что не поеду. Потому что я – не тот сын, которого он зовет. Но в конце концов… – Рейф на секунду умолк. – Я не смог оставаться в стороне.

Клио подалась вперед и взяла его за руку. Он попытался высвободить руку, но сразу обмяк, а потом легонько сжал ее пальцы в знак благодарности.

– В общем… я приехал в дом маркиза. И долго стоял у его постели. Он уже мало что соображал, был очень слаб. Судя по всему, в голове у него все перепуталось. Я видел многих бойцов в плохом состоянии, но мне ни разу не доводилось видеть человека, переходившего от неукротимой силы к беспомощной слабости так быстро.

Вероятно, он не понимал, где находится и что происходит, и только твердил: «Мой сын, позовите моего сына». – Рейф кашлянул. – Я сказал ему, что Пирс в Вене. По-моему, он не понял.

– Быть может, он звал тебя?"

"– Не знаю. Не исключено, что он все это время любил меня. Возможно, он посещал бои в надежде, что я увижу его в толпе и подойду к нему. – Рейф выпустил ее руку. – Я знаю только одно: после его смерти мое поведение показалось мне очень глупым.

Ведь я долгие годы старался вести себя как можно хуже, по кирпичику выстраивая свою дьявольскую репутацию только для того, чтобы досадить отцу. Как много упрямой гордыни… и потерянного времени.

– Время потеряно только в том случае, если не извлекаешь из прошлого уроки, – заметила Клио.

– Ты в это веришь?

– Приходится верить. Иначе мне придется выбросить из жизни последние восемь лет.

Рейф надолго задумался, потом сказал:

– Полагаю, ты права. Я не сумел вернуться и стать хорошим сыном, но у меня есть шанс, хотя и небольшой, стать хорошим братом.

Конечно, мы с Пирсом никогда не станем лучшими друзьями. Он никогда больше не увидит отца, и это – моя вина. Я не могу вернуть старика, зато могу…

– Сохранить жизнь его собаке, – перебила Клио. – И заставить его невесту ждать.

Рейф не стал отрицать очевидное и, кивнув, продолжал:

– Ты говоришь, Пирс не испытывает к тебе страсти. Что ж, возможно, ты права. Но Пирс очень похож на отца, так что я не могу исключить существования глубоких чувств с его стороны.

Просто ему, в отличие от меня, свойственна сдержанность Гранвиллов. И если он тебя потеряет… это может его сломать.

Клио опустила голову и закрыла лицо ладонями. А Рейф вновь заговорил:

– Я знаю, ты не хочешь больше ждать. Но осталось всего несколько недель. Если ты хочешь расстаться с ним, я не стану мешать. Но пойми, я не могу стать тем человеком, который нанесет ему такой жестокий удар. – На совести Рейфа уже было одно разбитое сердце, и он решил, что этого ему более чем достаточно.