Черт, о чем он думал прошлой ночью? И что собирается делать сегодня?

Себ бережно массировал ее ногу до тех пор, пока спазм не прошел.

– Как хорошо, – пробормотала она. – Теперь можешь остановиться."

"Себ ее словно не слышал, продолжая массаж. Почувствовав, что Мари задрожала, он поднес ее ногу к губам и прижался к стопе. Раньше он не представлял, что стопа может быть настолько сексуальной.

Мари показалось, что она тает и растекается по матрасу, когда ее кожу стали прочерчивать огненные стрелы. Кто мог подумать, что нога – эрогенная зона?

– Как получилось, что до меня у тебя не было любовника? – спросил он.

Мари взглянула на него из-под завесы ресниц.

– Мне тяжело доверять людям после того, когда меня соблазняли и чуть мною не попользовались. Вообще-то я думала, что хочу этого, но внезапно по явившийся незнакомец, прилюдно опозоривший меня, открыл мне глаза.

По лицу Себа стало ясно, что он понял, о ком она говорит.

– Честно говоря, он оказал мне услугу, но в тот момент мне было непросто это оценить. Тяжело узнать, что человек, который пробудил у тебя романтические мечты, на самом деле грязный распутник, и при этом все думают, что ты потаскуха, которая спит с женатыми мужчинами…

Себ закрыл глаза, его лицо исказила гримаса. Он вспомнил, что тогда сказал Мари. Он не имел права обвинять ее, причем в столь унизительной форме.

– Прости меня. – Эти слова дались ему с невероятным трудом. Мари сдержанно кивнула. – Но все-таки, шесть лет…

– Во мне не слишком сильно развито сексуальное начало.

Пальцы Себа замерли. Затем он снова принялся массировать ее ногу, и от его низкого хриплого смеха мышцы ее живота напряглись.

– Что ж, тебе виднее, однако… Чем же привлек тебя тот слизняк? – неожиданно сменил он тему.

– Не забывай, что мне было всего восемнадцать, Себ. Он всячески демонстрировал свой интерес ко мне. Я была такой неискушенной, что сразу растаяла. Он говорил, что потерял от меня голову, но боялся в этом признаться, потому что проигрывает в сравнении с красивыми юношами. Он пытался бороться с собой, но чувства ко мне сильнее его. И я, глупышка, уши развесила, когда он сказал, что встречаться мы можем только тайно. Сейчас мне в этом стыдно признаться, но я чувствовала себя чуть ли не героиней романа – все было так таинственно и волнующе. – Мари усмехнулась. – Позже я узнала то, что было известно всем, кроме меня: в начале каждого учебного года он заводит интрижку с молоденькой студенткой. Я стала посмешищем. Нужно признать, ничего противозаконного он не сделал. Я была совершеннолетней, а значит, должна была нести ответственность за свои поступки. Просто я была глупа и наивна.

– Если об этом знал весь колледж, значит, и администрация была в курсе.