Он снова выйдет в море, причем на шхуне с превосходными мореходными качествами, на такой, какую ему редко доводилось видеть. Он не был портовым моряком, который умеет лишь с девушками трепаться о морских приключениях, он был настоящим морским волком, любящим открытое море и грозные валы высоких волн. Кроме того, в Сан-Франциско всегда была возможность однажды вечером выпить не в той компании или не в том месте и очнуться матросом на каком-нибудь корыте, капитан которого не смог бы управлять игрушечным корабликом в луже. Как бы там ни было, размышлял он с мрачным удовлетворением, рейс на север может отбить у Лабаржа всякую охоту к подобным путешествиям, и он с радостью передаст шхуну ему.

Жан Лабарж улыбнулся, провожая взглядом широкую спину Коля, затем повернулся понаблюдать, как разгружают меха и тут же увидел, что на разворачивающемся к берегу стреле крана одна из плохо уложенных связок соскользнула со своего места, Жан понял, что груз сейчас упадет. В эту секунду под стрелой проходила молодая женщина, которая обходила штабель досок. Кран дернулся, крепления стали рваться, с лихтера раздались предупреждающие крики, но Жан уже бежал к девушке.

Он схватил ее на руки и бросился в сторону. Одна из связок задела его, и Жан с девушкой покатились по причалу. Жан сел, полуоглушенный падением.

Девушка сидела рядом с ним, раскрасневшаяся и сердитая. Косынка, стягивающая ее волосы, слетела, и ветер растрепал их, захлестнув одну темную прядь на лицо. Она, гневно глядя на Жана, раздраженно смахнула ее. Она была моложе, чем он подумал вначале, и необычайно красива. В этот момент, со вспыхнувшим лицом и развевающимися волосами, она выглядела... Он потянулся и поцеловал ее в губы.

Секунду она потрясенно смотрела на него. Затем ее губы сжались и она отвела руку, чтобы дать ему пощечину, но он быстро откатился и встал, усмехаясь. Жан протянул руку, чтобы помочь ей подняться.

Девушка приняла его руку, он поднял ее, и, когда она поднялась, ударила его по щеке. На причале кто-то из матросов захохотал, и Жан Лабарж повернулся к ним. Шляпу сшибло при падении и его темные волосы упали на лоб.

— Если человек, который засмеялся, выйдет вперед, — пригласил он, — я сломаю ему челюсть.

Никто не двинулся с места, все лица были одинаково невинными, глаза избегали его взгляда.

Девушка отряхивала одежду.

— Мэм, — извиняющимся тоном сказал он, — если бы я вас не оттащил, вы попали бы прямо под падающий груз и...

Она выпрямилась во весь рост и подняла подбородок. Холодно и властно она сказала:

— Я не просила объяснений и не желаю с вами разговаривать. Можете идти.

Слова озадачили его.

— Конечно, — с сомнением согласился он, — но позвольте посоветовать вам взять карету. Это не место для одиноких женщин.