Тем не менее, торговля с островами была не таким уж простым делом, и в течение последних нескольких лет пропало без вести с дюжину кораблей, чьими капитанами были опытные мореходы, хорошо знавшие прибрежные воды, предательские ветры с континента и местные туманы. Меха уже не шли былым потоком, и цены на них поднялись. Именно теперь настало время для частного рейса.

Есть люди, которые на всю жизнь отдают свои сердца лошадям, кораблям или оружию, люди, одержимые своим увлечением. Жан Лабарж был именно таким человеком, но его сердце было отдано земле под названием Аляска. На севере лежала обширная и незаселенная страна, без городов, земля ледников и гор, ледяных заливов и скалистых фьордов, длинных, покрытых травой равнин и заснеженных каньонов, бескрайней тундры и многих миль прекрасного строевого леса. Это была земля с изрезанными берегами, где ледяные языки арктических морей лизали скалистые уступы берегов, а наверху разноцветными огнями играло северное сияние. Задолго до того, как он увидел эту землю, он влюбился в нее, потому что чувствовал ее силу, красоту и богатство: Аляска изобиловала пушниной, строевым лесом и золотом.

Он знал о золоте. Однажды к нему пришел продать пушнину траппер, зимовавший с идейцами племени тлингит с северу от пятьдесят четвертой широты. Жан купил у него меха, удивляясь их великолепному качеству, и спросил, когда тот собирается обратно.

Траппер резко обернулся к нему с покрасневшим от гнева лицом.

— Обратно? Вы что, сошли с ума? Кто поедет обратно в края, где замерзают глаза в глазницах, где мороз пробирает до костей, где медведи вырастают до размеров лошади, а весят столько же, сколько хороший бык? Пусть там живут русские, милости просим. Я не вернусь даже из-за золота.

— Золота?

Траппер залез в карман и вынул кусочек дубленой шкуры, развернул его и показал самородок с каштан величиной. Он мерцал на мозолистой ладони, тяжелый, как грех на сердце человека. — Если это не золото, то что же еще?

Жан вспомнил чувства, которые вызвал первый самородок на его собственной ладони, тяжесть и сияние благородного металла. Это было золото, совершеннно точно, самородное золото, которое он видел предостаточно здесь, в Калифорнии. Это, однако, было с Аляски.

— Нашел его на берегу горного ручья, когда у меня перевернулось каноэ. Я вынимал свои вещи со дна ручья, когда увидел его там, я мог собрать еще дюжину, да только собирались морозы, а у меня кончились припасы. Самородное золото, видите какое оно шершавое? Это означает, что его недалеко отнесло от жилы, иначе его отполировало бы камнями и песком. У тлингитов есть золото, они ценят его меньше, чем железо. — Он махнел рукой. — Я бы его тоже не ценил, если бы пришлось ехать за ним обратно на Аляску.