Вот как шалавиться уметь надо!

Так, если все равно помирать, то под аккомпанемент своего смеха.

Пока чернокрылый там буераки перепрыгивал я успела заскочить в дом цапнуть платок и повязать на бабушкин манер, схватить подсолнух и, прыгнув в калоши, выскочила на крыльцо. Он только парковался.

Один приехал. Значит, прощения просить. Сука наивная.

Открыл дверь. Я, расправив сарафанчик (оригинал от Лагерфельда, между прочим, но дивно хорошечно вписался в сочетание с калошами и косынкой. Вот тебе и брендовая одежда) сидела на ступеньках и лузгала семечки из подсолнуха, скрестив ноги и играя колошей.

— Чего надоть, москаль? — сплюнув шелуху, вопросила я у Адриана, остановившегося перед крыльцом.

Зевнувшего и снявшего очки. Лицо усталое, осунувшееся, взгляд такой же. Поднялся по лестнице и сел рядом на ступеньку. Отломил от моего подсолнуха кусок.

— Фу. — С отвращением сплюнул. — Отсырел же. Есть что нормальное? С дороги как-никак.

— Суп сварила. Пошли. — Пожала плечом, оскорбившись, что не оценен мой виладж-стайл.

Прошел в дом, сел за дубовый стол, пока я люто хозяила, обслуживая царь-батюшку.

— Думал, с мамой познакомлюсь. — Кивнул, придвигая к себе тарелку и глядя в широкое окно на ухоженный сад.

— В Ригу езжай, я ее туда переселила. — Налив себе кофе, села напротив. — Только на теплый прием не рассчитывай, хотя… я ей позвоню и все про тебя расскажу. Она встретит тебя с вилами и зажжунным факелом. Твою задницу вилами к полу пригвоздит и подожжет. Это очень теплый прием.

— Так ты в маму пошла? — перевел на меня спокойный, ровный взгляд.

— Проверь. Чего приехал? — отпила кофе, подбирая под себя ноги на кресле и с интересом глядя на это каменное ебало.

— Соскучился. Решил, что ты тоже. Чего нам по одиночке скучать. — Перемешивая ложкой суп, невозмутимо отозвался он. — С грибами. А перец есть?

— Да, вон в солонке, мама игнорирует буквы «S» и «Р», сыпет туда, куда ей нравится. — Откинулась на кресле, задумчиво глядя на него, потянувшегося за солонкой. — Решил, говоришь?"

"Он кивнул, сыпанув перца и перемешивая суп, поднял на меня спокойный взгляд. Я тоже покивала и поднялась с кресла:

— Супер. Пойду козу доить. Как пожрешь, калитку за собой закрой.

— Сама закроешь. — Предупреждение хлыста в бархате — он еще не закончил, заставившего рефлекторно меня замереть у стола. — Козу в машину не возьму. Иди соседям отдай и поехали домой. — Откусил хлеб и невозмутимо заработал ложкой.

— Я дома. — Раздраженно глядя в его ровное лицо, процедила я.

— Твой дом не здесь. — Отбросил ложку и откинулся на спинку, прищурено глядя на меня.

— Нет. Здесь. — С трудом сглотнула, злясь от теней заигравших в его глазах. — Я устала бегать за мужиками, которые меня постоянно не за что казнят. Понятно? Заебалась.