– Выбирайте койки, места должно хватить всем! – объявил сопровождавший их капитан – теперь при ярком свете можно было лучше рассмотреть его форму и знаки различия.

К чести бойцов группы прикрытия, они без всяких споров и толкотни мигом рассовали неподъемные ранцы, расселись на первых ярусах коек и стали ждать – на каждом новом месте обычно проводили первичный инструктаж.

Капитан снял тяжелый полевой шлем, ослабил ремни бронежилета и сел за длинный стол, как будто в президиум.

– Ну, добро пожаловать на планету Катран, господа солдаты. Как видите, у нас здесь стреляют по-настоящему, сегодня прорвавшееся звено противника практически на ваших глазах уничтожило бронеавтомобиль прикрытия.

Два человека экипажа погибли. Правда, по нашим сведениям, звено противника понесло потери – два киббера уничтожены в схватке, что произошло на ваших глазах, еще один был накрыт залпами с наших позиций.

Капитан провел загорелой рукой по жестким волосам и с некоторым сожалением добавил:

– Но одна сволочь все же ушла. Самое плохое, что этот подраненный киббер получил ценную разведывательную информацию. Но это – лирика.

Вы будете пользоваться нашим гостеприимством до завтрашнего вечера, и, как стемнеет, наши разведчики проводят вас на исходную точку."

"Капитан откинулся на спинку стула, и Джиму показалось, что этому офицеру много лет.

– Какие вопросы?

– Сэр, а можно спросить про Лизаро? – поднял руку один из самых осведомленных бойцов.

– О Лизаро я ничего не знаю, дружок. Я с первого дня служу здесь, на Катране.

– Я имел в виду, сэр, эта война, она является продолжением того, что происходит на Лизаро?

– Не знаю, является ли она продолжением… Но в общем ты прав, солдат, и там, и здесь враг один, враг основательный, хитрый и коварный.

– А почему нельзя использовать авиацию, сэр? Я уже не говорю об ударах с орбиты? – спросили с другой стороны.

– Проблема в том, что существует это дерьмовое законодательство, согласно которому то, что происходит на Лизаро и здесь, можно определить только как локальный межэтнический конфликт. Даже наши подразделения здесь на официальном языке правительственных чиновников называются «миротворческими разделительными силами». Подразумевается, что мы кого-то здесь разделяем.

Но межэтнический конфликт существует только на бумаге, состряпанной продажными юридическими конторами.

Лейтенант заерзал, от слов капитана за километр несло политикой. Подобные разговоры до добра не доводили.

– Если бы противник применил тяжелое вооружение, танки или авиацию, мы бы могли затребовать из армейских арсеналов то же самое, но враг хитер, он использует свое технологическое преимущество и пускает в бой по сути тяжелое вооружение, но в статусе пехоты. Я говорю о кибберах.