Зачем вам это, фюрст Шанен?

– Я полагаю, когда-нибудь нам это пригодится, мой дирфакт. – Шанен поднялся, его лицо сделалось пунцовым.

– Для чего это фиглярство?! – Целеширп указал пальцем на физиономию офицера. – Зачем вы меняете колористическую структуру кожных покровов? На кого рассчитаны эти аборигенские фокусы?

– Прошу прощения, мой дирфакт, прочеловеческая реакция вошла в мою привычку, я слыву самым человечным из наших офицеров.

– Сядьте, Шанен, – в сердцах махнул на офицера Целеширп, отметив про себя, что и сам ведет себя как человек, проявляет эмоции, машет руками и нервным жестом поправляет волосы.

«Мы все здесь постепенно сходим с ума», – подумал дирфакт и ужаснулся от мысли, что действительно переймет у людей все их манеры.

– Кроме брейвов и кибберов, мы потеряли первоклассных человеческих солдат. Как звали вашего сержанта, майор Йони?

– Клаузвиц, мой дирфакт, – пролепетал Йони, ожидая разноса.

– Вот, – дирфакт поднял к потолку палец, – Клаузвиц. Почему, Йони, почему, я вас спрашиваю, противник ускользнул от вас? Вы знаете, что у меня был нелегкий разговор с главой контрразведывательного управления в Тико? Эти ваши эксы, как говорят аборигены, навели там шороху. Убили нескольких его агентов и сбежали в Рион, попутно сбив ударный вертолет. В чем причина, я вас спрашиваю, Йони? Ответьте мне!

Йони вздохнул и, поднявшись, совершенно по-человечески пожал плечами.

– За Тико отвечать не могу, это не наша зона ответственности, но в столкновении с брейвами и кибберами противнику могло повезти, то есть сыграл роль фактор случайности.

– Но почему фактор случайности оказался на их стороне, а не на нашей? – продолжал наседать Целеширп.

– Не могу знать, мой дирфакт, – еле слышно пролепетал Йони.

– Что значит не могу знать? Вы фюрст или не фюрст?

Майор Йони не знал, что говорить, эти провалы и для него оказались полной неожиданностью.

– Есть одно соображение…

Все замерли и уставились на Йони, даже Шанен отложил блокнот с почти законченным рисунком раздетой человеческой особи женского пола.

– Есть одно соображение, правда, его высказал лейтенант Гарв.

– Что это за Гарв такой? Он хотя бы псевдофюрст?

– Нет, обыкновенный буц.

– Буц! Подумать только, полновесный фюрст собирается цитировать какого-то буца! – воскликнул Целеширп, снова забывая, что копирует поведение людей.

Он сел на стул, положил руки перед собой и добавил:

– Рассказывайте, что удумал этот буц…

– Мой дирфакт, он высказал предположение, что эти двое, которые ушли от погони, – не люди. Они такой же результат кибернетики и биоинженерии, как кибберы.

– Да? – Целеширп от неожиданности встал и прошелся по помещению, затем остановился у стены и оперся на нее спиной, раздумывая.