Пытаясь разобраться в сущности отца Дэнни, он испытывал… странное ощущение, словно в Джеке Торрансе присутствовало что-то… нечто, что он скрывал. Или же держал глубоко внутри своего естества, куда невозможно проникнуть.

– Мне показалось, что твой папа не обладает даром сияния вообще, – закончил Холлоран. – Так что по их поводу можешь не беспокоиться. Позаботься только о себе самом. Не думаю, что здесь есть хоть что-нибудь действительно опасное для тебя. А потому ничего не бойся, хорошо?

– Хорошо.

– Дэнни! Эй, док!

Дэнни обернулся на голос.

– Это мама меня зовет.

Мне надо идти.

– Конечно, иди, – сказал Холлоран. – Желаю тебе хорошо провести здесь время. По крайней мере постарайся.

– Непременно. И спасибо вам, мистер Холлоран. Мне теперь намного легче.

Улыбчивая мысль всплыла у него в голове:

(Для друзей – просто Дик)

(Да, Дик, спасибо)

Их взгляды встретились, и Дик Холлоран подмигнул.

Дэнни перебрался на другую сторону сиденья и открыл дверцу машины. Когда он вылезал из салона, Холлоран снова окликнул его:

– Дэнни!

– Что?

– Если возникнут непредвиденные проблемы… позови меня.

Ударь так же громко и мощно, как ты это сделал несколько минут назад. И я скорее всего услышу тебя даже во Флориде. А как только услышу, примчусь без промедления.

– О’кей, – кивнул Дэнни с улыбкой.

– Береги себя, силач!

– До свидания.

Дэнни захлопнул дверь и побежал через стоянку к террасе, где его ждала Уэнди, обхватив себя от холода руками. Холлоран смотрел ему вслед, и его улыбка постепенно тускнела.

Не думаю, что здесь есть хоть что-нибудь действительно опасное для тебя.

Не думаю…

Но что, если он ошибся? Он ведь знал, что это будет его последний сезон в «Оверлуке», с того момента, когда увидел ту жуть в ванне номера 217.

Это было гораздо хуже самой страшной картинки в самой страшной книге. А мальчик, бежавший сейчас к своей маме, казался таким крохотным…

Не думаю…

Потом его взгляд уперся в животных-кусты.

Он поспешно завел мотор, включил передачу и поехал прочь, изо всех сил стараясь больше не оглядываться. Но разумеется, оглянулся и увидел лишь опустевшую террасу. Они уже вошли в здание. «Оверлук» словно поглотил их.

Глава 12

Большая экскурсия

– О чем вы разговаривали, милый? – спросила Уэнди, когда они вернулись в вестибюль.

– Да так, ни о чем особенном.

– Вы говорили ни о чем особенном весьма долго.

Дэнни лишь пожал плечами, и Уэнди увидела, насколько он похож на отца. Самому Джеку этот небрежный жест не удался бы лучше. Больше она от Дэнни ничего не добьется. На Уэнди нахлынуло раздражение, смешанное с любовью: любовь была беспомощной, а источником раздражения служило чувство, будто ее намеренно исключают из круга посвященных.