Но двое устроились уже в другие театры, а трое, потоптавшись и помыкавшись, через неделю вернулись обратно, согласившись и на роли, и на урезанную зарплату. Так что в Театре на Таганке снова все спокойно – никаких тебе эксцессов и трений с начальством.

– Надо завтра позвонить еще в Ивантеевский угро. Ты ведь не догадался узнать у них, не было ли и там каких-нибудь афер, похожих на наши? А это упущение! – Гуров поднял указательный палец вверх.

– Точно, Лев Иванович! – Крячко хлопнул себя по колену. – И как я забыл?! Прямо из дома утром и позвоню.

– Ну, когда ты будешь звонить, когда нам уже к восьми нужно быть в Чаплинске? – ехидно спросил Гуров.

 – Все начальство, не важно из какого оно ведомства, раньше девяти на работе не появляется. От дежурного же толку никакого. Вся нужная нам информация все равно только у начальника управления. Так что давай-ка завтра посмотрим по обстоятельствам, то есть что там у нас в Чаплинске выплывет. А потом уже во второй половине дня и Ивантеевкой займемся. Тебе ведь все равно туда к местному театралу на встречу нужно.

– Вот я же и говорю – зануда ты, Лев Иванович! – рассмеялся Крячко.

 – Но правильная зануда, это надо признать! – И он тоже поднял указательный палец, делая акцент на последнем своем высказывании.

– Ну, раз я зануда, – улыбнулся Гуров, – то пойду-ка я домой. Пройдусь пешком пару кварталов, прогуляюсь перед сном. Проводишь?

– Да, пожалуй, тоже пройдусь с тобой, – кивнул Станислав, вставая из-за стола и следуя за другом в коридор. – Только Наталью нужно предупредить, чтоб не потеряла меня, вернувшись от соседки.

30

В восемь утра следующего дня Крячко и Гуров уже входили в двери управления Чаплинского уголовного розыска.

Предъявив документы дежурному, они поинтересовались, на месте ли уже оперуполномоченный Мирошник Игорь Викентьевич.

– На месте, – буркнул полусонный дежурный. – И не уже, а еще. Он еще ночью был поднят по тревоге. На его участке ЧП. Он только час назад вернулся с места происшествия и теперь сидит у себя в кабинете отчеты пишет. Сто пятнадцатый кабинет. Налево по коридору, – пояснил дежурный и махнул рукой, указывая, в каком направлении нужно идти."

"В кабинете под номером сто пятнадцать сидели двое оперативников примерно одного возраста, которые при их появлении даже головы не подняли, а продолжали что-то печатать на клавиатуре.

Ни Гуров, ни Крячко не знали в лицо Мирошника, а поэтому, поздоровавшись, Лев Иванович поинтересовался:

– Кто тут у вас Игорь Викентьевич? Мы из Центрального управления.

Отозвался парень, лет двадцати пяти, черноволосый и с весьма серьезным лицом. Не отрывая глаз от монитора, он сказал:

– Я и есть тот, кто вам нужен. Вы садитесь, на что найдете.