И если бы даже укатила по более выгодному контракту, то не забыла бы оставить распоряжения своей голодающей родне.

Оленька продолжала изучать список компаний, с которыми работала пропавшая девушка, а потом покачала головой:

– Странно.

– Что тебе странно?

– Последней в ее списке стоит некая киностудия «Олигарх».

– И что?

– Я никогда не слышала про такую киностудию. А я ведь вращаюсь в тех же кругах, в которых вращалась та девушка.

– И что?

– Если я никогда не слышала про эту студию, значит, она ничего примечательного собой не представляет.

Какое-нибудь захудалое производство, выпускающее третьесортные рекламные ролики или любительскую порнушку.

– Да ты что? А зачем же мисс города Кирова подалась на такую киностудию?

– И вот я и думаю, а зачем же тогда Оля с ними сотрудничала?

Пропавшую девушку по странному стечению обстоятельств также звали Ольгой. И чтобы не путаться, сыщицы так и продолжали ее называть «она» или «эта». Одна только Оленька, пользуясь прерогативой, которую ей давало ее собственное имя, продолжала называть пропавшую девушку по имени.

– Если у нее были подписаны контракты с уважаемыми и хорошо известными журналами и телекомпаниями, то зачем она связалась с этим сомнительным «Олигархом»?

– Наверное, ей там очень хорошо заплатили.

– Да. Иного повода я не вижу. Ни славы, ни престижа от такой работы не получишь. Похвастаться ею перед друзьями не выйдет. Да и вряд ли это будет новой карьерной ступенькой. Работу там нельзя считать серьезным профессиональным успехом."

"Но вряд ли обремененная многочисленными голодными родственниками Оля задумывалась о таких вещах.

Где хорошо платили, туда и шла работать. По отзывам ее коллег, девушка пахала как вол. Бралась за любую работу. Чуть ли не сутками торчала на автомобильных выставках, рекламируя то один, то другой автомобиль. Вкалывала на различных презентациях, не брезгуя абсолютно ничем.

Вот разве что интимом она себе на жизнь не зарабатывала. И еще по совету своих более продвинутых подруг старалась не рекламировать противозачаточные средства, считая, что такая реклама может повредить ее дальнейшей карьере. Ведь далеко не всякий производитель элитной парфюмерии захочет взять к себе в рекламу девушку, лицо которой еще совсем недавно украшало упаковки с презервативами.

– Да ей в последнее время и не было нужды идти на такие крайние меры, – говорила Оленька. – Она была вполне востребована. И едва справлялась с той работой, которая у нее уже была. Пахала по двадцать часов в сутки. Жила в одной квартире с еще двумя девушками, хотя со своими заработками давно могла бы снять отдельное жилье. Но она не снимала.