А если честно, то я до жути боюсь снова опозориться!

– Но тебе предлагали участие в одном из них?

– Нет. Никогда! Да я бы и не согласилась даже за сто тысяч долларов!

Скромности Оленьки оставалось только позавидовать. Она не сказала миллион или десять миллионов долларов, она назвала вполне приемлемую цифру, после которой могла бы переломить себя и отправиться на какой-нибудь конкурс.

Но подругам во что бы то ни стало надо было выяснить, что за конкурсы проводил Козявка. Возможно, он и в жюри председательствовал, коли уж являлся главным режиссером на киностудии, которая ваяла ролики для этих конкурсов. Так сказать, не последний человек в индустрии красоты.

– Ну а кто-нибудь из твоих знакомых девочек участвовал в таких конкурсах? – спросила Леся у Оленьки.

– Вы имеете в виду, из тех, кто сейчас работает на Эстель?

– Да!

– Ну… Вообще-то я что-то такое слышала.

– А от кого?

– Не помню, – отозвалась Оленька, но тут же бодро добавила: – Но если вам очень нужно, то я могу выяснить. Вам очень нужно?

Подруги заверили, что им очень нужно, и Оленька пообещала, что к вечеру у нее будет полная информация на эту тему.

Так как больше на сегодняшний день у подруг никаких планов не было, то они отправились к себе в свой собственный офис. И до пяти часов вечера старательно вкалывали, стремясь ударным трудом компенсировать свое отсутствие в офисе в последние дни. Они бы поработали и дольше, но в пять часов вечера им позвонил Лисица и странно напряженным тоном произнес:

– Немедленно возвращайтесь домой. Нам надо поговорить!

– Мы еще на работе. Давай поговорим по телефону.

– По телефону? – зловеще протянул Лисица. – Ну хорошо. Тут под дверями ошивается какой-то парень с букетом колокольчиков и коробкой жевательного мармелада. Я пробовал его прогнать, но он твердит, что хочет видеть свою невесту. А Цветик, когда услышала его голос и поняла, что я выгнал парня, закатила мне истерику и до сих пор рыдает в своей комнате. Вы можете мне объяснить, что все это означает?

– Мы уже едем! – крикнула Кира в трубку. – Это не телефонный разговор!

Обратно домой подруги примчались в рекордно быстрые сроки. Ванечку они нашли у самого шлагбаума. Бедный парень сидел в покрытом пылью костюме, с увядшими цветами под мышкой и печально доедал последнюю конфетку из огромного, почти килограммового пакета. Под глазом у него наливался синяк, а шея была расцарапана. Да и его нарядный костюм выглядел так, словно Ванечка повалялся в нем на зеленой травке.

– Ванечка! – кинулась к нему Кира. – Как ты тут оказался? А твоя мама и тетя знают, что ты тут?

Лицо Ванечки, озарившееся радостью при виде подруг, снова потухло, и он даже затравленно огляделся по сторонам.

– Они не знают, что ты тут? – догадалась Кира.