Собираю корзину Лерты, вещи Шона решаю пока оставить у себя. Было бы мыло — постирала бы, но это сейчас роскошь.

Спускаюсь на первый этаж, вернув комод на место, и задерживаю взгляд на витринах. Точно, подарок! Нужно выбрать что-то и подарить ей. Уж посуда вряд ли будет лишней.

Перебираю чашки и пиалы, представляя, как Лерта будет пить из них чай. Пальцы скользят по прохладному фарфору, пока не находят настоящее сокровище — изящный чайник, расписанный нежными цветами сливы. Белоснежный фарфор кажется почти прозрачным на свету, тонкие линии росписи складываются в изысканный узор. Идеальный подарок!

Но стоит мне поднять чайник, как воздух вокруг словно наэлектризовывается. Из ладони вырываются крошечные искры — похожие на падающие звёзды, они кружат в причудливом танце, а затем впитываются в фарфор, словно капли дождя в сухую землю.

— Что за… — я едва не роняю чайник, сердце колотится как безумное. — Перец! Ты это видел? Перец!"

"Тишина звенит в ушах. Я бегу на второй этаж вместе с чайником, крышечка которого опасно звякает, но в спальне кота, как назло, нет. Охотиться убежал?

Дрожащими руками осматриваю чайник со всех сторон. Вроде ничего не изменилось — та же роспись, те же цветы, такой же тонкий изгиб ручки. Может, у меня уже начались галлюцинации от страха?

Намочив тряпку, тщательно мою его в раковине, вглядываясь в каждый миллиметр поверхности. Ничего необычного — фарфор прохладный и гладкий под пальцами, с лёгким звоном отзывается на прикосновения.

«Может померещилось», — думаю я, с сомнением оглядывая потенциальный подарок. — «В конце концов, это же просто чайник. Он же не станет ядовитым, если заварить в нём чай?»

Перед глазами встаёт образ Лерты — её добрая улыбка, морщинки в уголках глаз, седые пряди в тёмных волосах. А рядом — её сын Шон, талантливый маг… Он вчера трубу мне починил, размахивая руками. Уж он-то сразу заметит, если что-то не так. Мне в любом случае нужно отнести чайник ему.

И всё же, стоя у двери с корзинкой и устроенным в ней подарком, я медлю. Солнечный свет играет на белой бумаге, и мне чудится, что она слегка мерцает.

Или нет? А что, если искры были настоящими? Вдруг я случайно наложила какое-то проклятие?

«Глупости», — одёргиваю себя. — «Я даже не знаю, как это делается. И вообще, чайник выглядит совершенно нормальным».

Сделав глубокий вдох, открываю дверь и выхожу на улицу. По небу неторопливо плывут пушистые облака, похожие на взбитые сливки. Где-то заливаются птицы, ветер доносит запах сырости и прелых листьев. Никаких напоминаний о вчерашнем ливне, прохладно.

«Всё будет хорошо», — убеждаю себя, направляясь к дому Лерты. — «Должно быть хорошо».