От него пахнет озоном, как перед грозой, и ещё чем-то горьким, металлическим.

— Не дерзи мне! — огрызается он. Голос спокойный, но от его звучания всё равно хочется заткнуться. — Эта чашка… очень важна.

Я замечаю, как его пальцы слегка подрагивают, а на виске пульсирует жилка. Что-то определённо не так с ним.

— Настолько важна, что ты вспомнил о ней только сейчас? — слова вылетают прежде, чем я успеваю прикусить язык. — У меня её нет. Но пожалуйста, — я обвожу рукой комнату, — можешь всё осмотреть. Если не веришь.

Эридан хмыкает и действительно методично обыскивает помещение, заглядывая в каждый угол, открывая ящики. Его движения становятся всё более резкими, нервными.

— Ты взяла её, — его голос звучит хрипло. — Только ты знала, где я её хранил.

Моя ладонь пульсирует. Будто пытается дать своему хозяину знак. Я прячу руку за спину, прислоняясь к столу.

— Значит, плохо прятал, — отвечаю я, наблюдая, как он перебирает ржавые столовые приборы. — Или недостаточно доверял своей жене.

— Бывшей жене, — резко оборачивается.

— О, так теперь ты это признаёшь?

Внутри поднимается волна горечи. Чья она? Преданной бедняжки Элизабет? Или я снова говорю с Димой через образ этого красивого актёра?

— А не ты ли клялся в вечной любви? — это уже импровизация. Понятия не имею, говорил ли этот гад подобное своей жене. — Не ты ли обещал, что мы всегда будем вместе?

— Я не обязан перед тобой отчитываться! — фыркает Эридан и с грохотом захлопывает ящик.

Он злится. Но на что? Не может найти чашку? Или из-за моих слов?

Совершенно не к месту возникает идея. Глупая и бредовая, но… а что если сработает?

— Знаешь что? — говорю я, поворачиваясь к Эридану. — Если тебе так нужна эта чашка, я могу сделать новую. У меня в подвале есть печь для гончарного дела. Я собираюсь запустить производство, но мне нужна помощь. Если подсобишь, я сделаю тебе новую чашку. У достаточно опыта.

Господи, в голове это звучало лучше, чем сказанное вслух.

Эридан застывает посреди комнаты. Его взгляд становится почти безумным.

— Ты… — он запинается, и я вижу, как его пальцы начинают подёргиваться сильнее. — Думаешь, обычная глиняная чашка может заменить древний артефакт?

Перец спрыгивает с подоконника и бесшумно приближается к нам, его шерсть встаёт дыбом. Так… нужно сворачивать этот разговор, пока я не ляпнула ещё чего-то лишнего.

— Я сказала всё, что могла. Твоего артефакта у меня нет. Если ты не хочешь, чтобы я изготовила новую чашку, то уходи, Эридан.

Он стоит неподвижно, как статуя, глаза сощуренные. Выглядит так, будто получил тарелку гнилых фруктов в дорогущем ресторане и понимает, что ничего с этим не поделать.

Наконец, он резко разворачивается и идёт к двери. На пороге останавливается, его силуэт чернеет в дверном проёме.