Неужели это действительно произошло?

Неужели я его спровоцировала?

Неужели я хотела этого не меньше его, как он сказал?

Меня бьет дрожь; внезапно я ощущаю пронизывающий холод. С трудом поднявшись, иду в душ, до отказа выкручиваю кран и стою под невыносимо горячим потоком.

Тру себя с головы до ног дорогим мылом Уилла, мо́ю голову, но все равно ощущаю на себе запах Адама.

Сказать Уиллу, что тут произошло?

А он мне поверит?

Вдруг он подумает, что это моя вина?

Это моя вина?

Я снова заворачиваюсь в полотенце и ложусь на кровать.

Кожа у меня вся красная и горит.

Уилл вот-вот вернется.

Я не хочу, чтобы он воспринял мой вид как приглашение. Адам ведь так это понял. Уилл не похож на Адама, но все равно… Я не хочу давать ему ложные сигналы.

Поднимаюсь и натягиваю старые джинсы и свитер с капюшоном. По сравнению с Нелл в очередном ее дизайнерском прикиде я буду смотреться нищенкой, но мне плевать. Меня приводит в ужас мысль о любом прикосновении к моей коже. Кто бы это ни был.

* * *

Я уже подумываю сказать Уиллу, что у меня болит голова и я не пойду на ужин, но, несмотря на обильный ланч, неожиданно чувствую, что проголодалась; к тому же я и так успела показать себя капризной и привередливой за это путешествие, и, если не стану держать себя в руках, Уилл может меня бросить.

Опять же — вдруг Адам расскажет ему, что произошло, а меня не будет за столом, чтобы изложить свою версию? Что, если Адам преподнесет все так, будто я кокетничала с ним и мы занялись сексом, пока Нелл с Уиллом катались? Способен ли он на такое? Адам постоянно пытается унизить Уилла, но… сказать ему, что мы… что он сделал — это, наверное, чересчур?

Даже не знаю.

Поверит ли Уилл, если я расскажу ему правду?

Не уверена.

Передумав, меняю свитер на элегантный топ — не хватало еще, чтобы Уилл меня стеснялся — и повязываю шарф, чтобы он не увидел мою шею. На ней синяки и укусы. Не очень заметные — вполне можно сказать, что кожу натер ворот куртки, — но я не хочу, чтобы Адам на них смотрел. Смотрел на то, что натворил. Не надо напоминать ему.

* * *"

"Через пару часов мы вчетвером сидим за столом и ужинаем.

Я избегаю встречаться с Адамом глазами, но весь вечер он ведет себя как ни в чем не бывало. Подливает всем вина — сначала нам с Нелл, а потом им с Уиллом, как обычно. Идеальный кавалер. Припоминает Уиллу историю со сломанным креплением, подшучивает надо мной — я, мол, влюбилась в своего инструктора — и тому подобное. Обычный ужин в обычный вечер обычных лыжных каникул — ничего не случилось, никого не насиловали.

Меня изнасиловали.