* * *

Мне претит возвращаться обратно в шале, но дольше отсутствовать уже нельзя. Я пробираюсь через заднюю дверь и поднимаюсь к нам в комнату. Стаскиваю с себя промокшую верхнюю одежду, ложусь на кровать и крепко зажмуриваю глаза.

Довольно скоро дверь спальни открывается.

— Дорогая? — Хьюго присаживается рядом со мной. — Слава богу, ты вернулась… Я так беспокоился за тебя — в такую-то погоду!.. Как ты себя чувствуешь?

Я открываю глаза.

— Не очень. У меня был приступ мигрени, и я совершенно вымотана. — Тяжелый вздох. — Наверное, это от нервов.

Прости за то, что так себя вела. Мне надо было… побыть в одиночестве.

Хьюго с отсутствующим видом гладит меня по ноге.

— Ничего; главное, что ты вернулась, целая и невредимая. Хотя я по-прежнему считаю, что тебе не следовало выходить в такую погоду, да еще с головной болью, — ворчит он, но уже добродушно.

Я чувствую прилив любви к нему, что случается крайне редко. Бедняжка Хьюго… Он заслуживает кого-то лучше, чем я.

— Ты спустишься к ужину? — продолжает Хьюго. — Милли просила узнать.

Я умираю с голода, но ни за что не решусь спуститься и просидеть весь ужин за одним столом с братом покойного.

Конечно, мне вряд ли удастся вообще избежать встреч с ним, пока мы тут, но сегодня я этого точно не выдержу.

Я не думала ни о чем другом с первого момента, как узнала, что он приезжает, — гадала, что же мне делать. Прятаться от него? Признаться во всем? Или вежливо улыбаться и надеяться на лучшее?

Конечно, Кэмерон прав. Я не помню, как он выглядит. Скорее всего, он не узнает нас. Но даже если и так, я все равно знаю, что мы убили его брата. Я не могу сидеть с ним за столом и поддерживать светскую беседу.

Приподнимаюсь, пытаясь изобразить слабость.

— Думаю, мне лучше остаться в спальне, если ты не против. Может быть, попросишь Милли прислать мне супу или чего-нибудь еще? Я бы не отказалась от легкого ужина, но просто не высижу внизу за столом.

Он целует меня в лоб.

— Ну конечно. Уверен, Милли не станет возражать. Но я буду скучать по тебе.

Я сжимаю его руку.

— Это так мило, Хьюго! Я тоже буду по тебе скучать.

И это почти правда.

48

Январь 2020 года, Ла-Мадьер, Франция"

"Для меня это огромное потрясение, что тело отца нашли, и я реагирую единственным способом, который знаю, единственным, к которому обращалась всегда: изображаю улыбку и делаю свое дело.

Хотя я снова режу себя, стоит мне остаться одной, — а ведь мне удалось на время избавиться от этой привычки. Она приносит короткое облегчение от всего ужаса и кошмара, что творятся вокруг, и от воспоминаний детства. Никто ничего не замечает — прятать шрамы очень легко, когда привык к этому, как я.