Мы подъехали и погрузили Кэмптона в карету и поехали по указанному адресу. В доме нас встретил молчаливый мужик с угрюмым и равнодушным взглядом. Мы спустились в подвал в котором обнаружили приспособления для удобства работы с клиентами. Кэмптона привязали подобно Христу, только он стоял на связанных ногах и повязкой на глазах.

— Паша вытащи кляп.

Полковник Лукьянов тихо сидел в стороне с интересом наблюдая за моими действиями.

— Добрый вечер, Кэмптон. — я намеренно обратился к нему по-простому.

— Вы допустили большую ошибку захватив меня, господа. — Кэмптон говорил с акцентом, но голос его звучал спокойно. — Поверьте, вас ждут большие неприятности. — он сплюнул избавляясь от мусора во рту.

— Давайте я ознакомлю вас с тем, что я хочу знать. — сказал я, не обращая на внимание на угрозы. — Ваше участие в покушении на цесаревича. Как вы причастны к этому? После я перескажу вам свою просьбу. Я вас слушаю."

"— Вы глупец или безумец. — скривился в кривой усмешке джентльмен.

Кэмптон стоял в рубашке. Я подошёл к нему и коротко ударил по печени, несильно, но достаточно, чтобы он почувствовал серьёзность моих намерений. Он охнул и скривился на правую сторону.

— Кэмптон, я не буду вас убивать, но уверяю, вы расскажете мне всё, что меня интересует. Ну так как, будем говорить как цивилизованные люди или желаете помучиться?

— Я ничего не скажу, что бы вы не делали со мной. — сказал отдышавшись Кэмптон.

Я кивнул Паше. Он затолкал кляп и зафиксировал правую руку. Достав тонкую иглу и протерев её спиртом, я вогнал её в точку рядом с локтевым суставом. Его руку пронзила боль сравнимая с болью прохождения электрического разряда, наверное, на себе не пробовал. Сэр активно задвигался и стал мычать, громко и возмущенно. Лукьянов поморщился. После десяти секунд, я вынул иглу и кивнул Паше. Выслушали поток брани на всех языках мира, половину не поняли. Ничего конструктивного. Дал отмашку Паше заткнуть рот. Когда я взялся за левую руку, Савва и Эркен, которые помогали фиксировать её, внимательно следили за моими действиями, запоминая место куда я вколол иглу. Активность Кэмптона возросла в разы и движения его были ещё более резкие. Он вспотел и готов был обмочиться.

— Хорошо, хорошо — он кричал со слезами в голосе, как только Паша вытащил кляп, — я все скажу, хватит меня пытать.

И сэр Кэмптон рассказал все подробно. Как через свою польскую пособницу нашёл умирающего студента и под обещание вывезти его сестру и мать в европу, с десятью тысячами рублями серебром, уговорили его совершить теракт. Стенфорд должен был проконтролировать покушение.

— Вы обещали не убивать меня. — Напомнил в конце своего рассказа Кэмптон.

Я подошёл к нему и снял повязку с глаз. Кэмптон жмурился привыкая к свету.