Разве можно себя чувствовать в безопасности со взломанной дверью… вот и приходится переодеваться в ванной. Заплела косы, посмотрела на себя в зеркало, взгляд упал на губы, и я снова вспомнила нас в душе. Пальцы сами потянулись к губам, почувствовала, как меня накрыло жаром. Посмотрела в зеркало на свои расширенные зрачки и раскрасневшееся лицо, отдернула пальцы от губ, развернулась и вышла. Надо решать что-то с этой дверью. Полная решимости, я направилась к Арсоеву в кабинет. Иду, а навстречу мне взволнованная тетя Галя.

– Марина… с тобой все хорошо?

– Не переживайте, тетя Галя, все нормально.

Она пошла за мной.

– Вижу, снова тебе неймется. Наш хозяин терпеливый, но ежели разозлится… пиши пропало. Вот как сегодня, он был очень зол.

– Ну, во-первых, он мне не хозяин.

– Ой, ну не придирайся ты к словам.

– Ладно, не буду, но слово «хозяин» звучит по-рабовладельчески.

Тетя Галя засмеялась:

– Молодая ты совсем. Ладно уж, говори, а во-вторых то что?

– Ах, да… а во-вторых, я могу за себя постоять.

– Ага… я слышала твой визг на весь дом и все работники, которые были в доме, тоже.

– И что с этого, я может голос разрабатывала.

– Ну, мы все так и подумали.

Остановилась, нахмурив брови, повернулась к тете Гале, а она махнула на меня рукой и сказала:

– Ой, ладно… иди, куда собралась, – повернулась и пошла по своим делам, бубня себе под нос что-то по поводу того, что я упрямая. А я не упрямая… не могу же я спать с открытой дверью, а жаловаться тете Гале тоже не стану, а то влетит ей еще от «хозяина».

Подошла к кабинету, поправила свои косы, постучала и вошла с видом, будто ничего особенного между нами не было, и наши практически голые тела не соприкасались. Застала Арсоева за увлеченным занятием, он, нахмурив брови, что-то помечал в документах. Подняв свой взгляд на меня, изменил выражение своего лица на удивленное, явно не ожидая меня увидеть в своем кабинете.

– Что такое, соскучилась уже, Снегурка? – уже иронично спросил он меня.

– Ага, как же, соскучилась и не мечтайте… вы для меня слишком, эм-м…

– Хорош? – заложив карандаш за ухо, по-мальчишечьи ухмыльнулся он.

– Старый, – ответила, вылупив на него глаза.

– Ой, да брось, саму себя обманывать. Ну, сколько тебе лет… двадцать плюс минус год. Мне подходит.

– Замечательно, а мне – нет.

У него такая ухмылка была на лице, так бы и стерла ее чем-то тяжеленьким."

"– Может, уже пора перейти на «ты». Как считаешь?

– Извините, но я не могу… мне воспитание не позволяет. Меня бабуля воспитала так, что к людям преклонного возраста только на «вы» надо обращаться, – с сарказмом сказала я.

– Замечательно, значит, могу быть спокоен за твое воспитание. Ну что, продолжим с чего начали… – выходя из-за стола, направился ко мне.