Стоило заглянуть в её голубые глаза, как пришло осознание, что он навек потерял своё сердце. И даже если бы она не была сестрой Захарова, Алексей всё равно сделал бы предложение. Он видел в глазах Игнатьева злобный блеск, который говорил о том, что граф не остановится ни перед чем, чтобы отомстить ему. И Татьяна была самым идеальным способом задеть его за живое. Решив, что Тата будет под защитой, если все узнают, что она его невеста, Алексей надеялся на понимание с её стороны. Однако всё вышло не так, как он хотел. Тогда девушка набросилась на него с упреками, посчитав последним мерзавцем, покупающим себе жену. Но теперь она прижалась к нему, ища у него защиты, и стараясь не отпускать от себя. Поцеловав её в макушку, нежно прошептал:

— Moja droga,kochanie (пл. Моя дорогая, любимая), — ласково промолвил Алексей, стараясь успокоить девушку.

Татьяна не разобрала ни слова из того, что ей сказал Алексей, но понимала, ей необычайно хорошо рядом с ним. Ранее она думала лишь о том, чтобы надеть новое платье, покрасоваться перед соседями и кокетливо улыбаться очередному кавалеру. Но теперь она осознала, что не в этом счастье. Счастье это когда на душе покой, а человек, стоящий рядом с тобой, улыбается тебе. И от его улыбки всё тело охватывает приятная истома.

Езерский отстранился от неё, и, улыбаясь, сжал её маленькую ладошку.

— Вы устали с дороги, вам надобно отдохнуть. Бабушка пригласила гостей в честь вашего приезда, и боюсь, что не скоро она позволит вам как следует прийти в себя. Ваша горничная наверняка уже раскладывает вещи.

— А вы, вы будете там? — рассеянно спросила Тата. Когда он отпустил её от себя, она почувствовала себя покинутой.

— Разумеется, Moja droga, — проговорил Езерский, не спуская с неё взгляда.

Тата не могла перестать смотреть на него и слушать слова на непонятном языке.

Алексей не злился на неё, и это давало надежду на то, что ещё не по исправить свои ошибки."

"Направляясь к двери, девушка обернулась.

— Спасибо, — тихо промолвила она.

— За что, мой ангел? — удивлено спросил Алексей.

Он не ожидал, что невеста будет его за что-то благодарить. Нет, он не считал, что Татьяна плохо воспитана,

— За всё, — просто ответила она, скрываясь за дверью.

Молодая горничная проводила Татьяну в её покои.

Комната, отделанная в нежных тонах, с первого взгляда понравилась девушке. Она, широко раскрыв глаза, разглядывала богатое убранство, не веря, что ей предстояло жить здесь.

Марфа уже раскладывала вещи, но, заприметив хозяйку, выпрямилась.

— Барышня, — начала она, но, осмотрев счастливую Татьяну с ног до головы, улыбнулась, — вы прямо сияете!

— Я счастлива, Марфа, — улыбнувшись, Таня закружилась по комнате.

— Я сразу увидела, что Алексей Станиславович вас любит.