Оттого, впервые переступив через свою гордыню, Александр опустился перед женой на колени и, обняв хрупкий стан, заглянул ей в глаза и произнёс:

— Я не буду оправдываться, дорогая, я действительно виноват перед Богом, но всё в прошлом и я перевернул эту страницу. — Игнатьев выдержал паузу, а затем продолжил, — Танечка, милая, давай забудем всё и начнём жизнь с чистого листа?"

"Татьяна встретилась взглядом с серыми глазами мужа, в которых она смогла увидеть искреннее раскаяние и что-то ещё, чему она не могла дать объяснение.

Рука потянулась к его волосам, ласково касаясь темных прядей. Таня желала того же самого. Она хотела начать жизнь с чистого листа! Чтобы ни Алексей, ни измены Александра не стояли меж ними.

Жестом призвав супруга встать с колен, Тата прильнула к его груди, позволив обнять себя. Она хотела найти в его объятиях покой и воскресить былые чувства, но не находила того, что искала. Умом ей очень хотелось его простить, но сердце… Оно молчало. Понимая, что должна что-то ответь, графиня заставила себя говорить.

— Саша, я согласна начать всё с начала, но…, — запнувшись, Таня посмотрела на супруга. Страх того, что измены Александра могут повторится, заставил её поставить ему условие, дабы обезопасить себя и вернуть душевное равновесие.

— Но? — переспросил Игнатьев видя колебания жены.

— У меня есть несколько условий.

Александр удивлённо посмотрел на супругу. Она продолжала его удивлять! Где та взбалмошная девица, в которую он сумел влюбиться? Ныне перед ним стояла рассудительная женщина, которая прекрасно знала чего хочет.

— О каких условиях ты говоришь, родная? — спросил Игнатьев, ещё крепче обнимая жену.

— Если подобное повторится, я заберу Настю и Андрея и уеду в дом Владимира. Надеюсь ты понимаешь, что это будет означать?

— Да, дорогая, — произнёс Александр чувствуя как ком подходит к горлу. Только теперь он понял, что едва не потерял Татьяну навсегда! Ведь желание уйти от него не появилось на пустом месте. Но пока не поздно всё исправить!

— У тебя есть ещё условия, chere? — спустя несколько минут спросил Игнатьев, видя, что Татьяна более не делает попытки заговорить.

— Я думаю одного вполне достаточно, — тихо произнесла Тата, уткнувшись носом ему в плечо, — хотя… Есть ещё кое-что… Не оставляй меня больше одну!

Последние слова были сказаны с такой мольбой, что Александру сначала показалось, что он ослышался. Но ласково коснувшись её подбородка, и заставив Татьяну заглянуть ему в глаза, граф понял, что не ошибся.

В голубых озёрах своей жены он увидел то, чего раньше никогда не замечал.

— Не оставлю, родная, — мимолётно касаясь поцелуем её губ произнёс Александр, — я оставлю тебя только тогда, когда ты сама этого захочешь.