– Я принадлежу этому человеку целиком и полностью, вверяю…

В руке Арена блеснуло лезвие ножа. Оно светилось голубоватым магическим светом, таким же, как все ритуальные ножи, которые Маргарита Ньорд зачаровывала своей магией. Нари случайно заметила нож: Арен прятал его в рукаве. Она дернулась, вскрикнув, не поверив своим глазам:

– Арен! Что ты делаешь?!

– Чего ты боишься, Агнара? – Арен развел руками, рассмеялся: – Это шутка, что ты! Поверила? Я подумал, что это было бы романтично и необычно, если бы провели брачную церемонию только для нас двоих. Ты сама говоришь, что не сработало бы.

– Ты бы порезал мне руку? Когда бы я произнесла до конца слова клятвы?

Нари трясло от гнева и негодования. Нет, конечно, Арен не думал, что брачную церемонию можно совершить здесь и сейчас. Или думал? Вдруг решил: к чему тянуть, ждать целый год, она и так станет моей…

– Я бы не тронул тебя! Вот так, значит, ты ценишь мое хорошее отношение! Я приготовил для тебя сюрприз, хотел удивить, а ты вырываешься, кричишь, точно я тащу тебя на брачное ложе! Не ожидал, Агнара!

Нари молча отступила на шаг, пытаясь разглядеть в темноте лицо принца.

– Просто шутка? – тихо произнесла она.

– Конечно! Думал, это будет забавно.

Нари вспомнила папу, который время от времени готовил для нее и мамы какие-нибудь необычные сюрпризы и радовался как мальчишка, когда ему удавалось удивить своих девочек. Видно, Арен представлял нечто подобное: Нари произнесет слова клятвы, а он, смеясь, покажет нож: вот, мол, почти настоящий обряд.

– Извини, я все неправильно поняла, – вздохнула Нари. – Устала. Сегодня был долгий день.

– Пора возвращаться, – сухо проговорил принц Вилард и, не оборачиваясь, пошел прочь.

Глава 11

Утром следующего дня началась подготовка к балу. На завтрак принесли два тонких хлебца, немного меда и мягкого сыра.

– Чтобы во время танцев вы ощущали легкость, леди, – объяснила Дорха в ответ на недоуменный взгляд Нари.

После завтрака юную леди Ньорд проводили в купальню, где ее ждал бассейн, наполненный благоухающей горячей водой. Служанки оставили Нари одну, объяснив, что она может не торопиться. На деревянную скамью выложили полотенца, выставили прозрачные склянки с маслами, странные щетки, назначение которых пока оставалось для Нари загадкой.

– Мы вернемся позже и займемся вами, – поклонилась пожилая упырица.

Нари, хотя и выросла в замке, полном слуг, не привыкла к такому пристальному вниманию. Она вовсе не желала, чтобы ею «занялись» чужие руки, когда она вполне сумела бы обойтись сама.

Сейчас, оставшись в одиночестве, юная драконица смогла вздохнуть спокойно. Она находилась в Апрохроне чуть больше суток, а здешние порядки ей уже оскомину набили.