Дверь на чердак вырвали с треском в тот момент, когда Нари повисла, уцепившись за раму кончиками пальцев, а Ида подталкивала ее наверх. Корзинка с малышом стояла на полу.

Узкое пространство показалось еще более тесным, когда на чердак ворвались четверо стражников. Они разглядели беспомощных девушек, и их лица, разгоряченные азартом погони, исказили глумливые улыбки.

– Ваше высочество! – вышедший вперед высокий дракон склонил голову с притворным почтением. – Ваш муж, должно быть, очень обрадуется, увидев вас в добром здравии. Вас и… – Он заметил корзину, и его взгляд на мгновение сделался острым.

 – И ребенка.

Глава 19

Когда их вели вниз, Нари увидела в коридоре тело служанки: та пыталась было бежать, но ее догнали и сломали шею.

Ида тоже заметила несчастную, и девушки, не сговариваясь, соединили руки, поддерживая друг друга.

Нари вспомнила первую встречу с Керином и разговор, который состоялся между ними. Тогда она обвиняла химер в случившейся войне, утверждала, что они жестоки и коварны, а Керин сказал: «В войне всегда две стороны. Если бы у драконов была возможность разорить наши дома, думаешь, вы бы поступили иначе?» Нари встала на сторону сородичей, но сейчас поняла, что Керин оказался прав.

А ведь он несколько раз пытался наладить отношения с драконами, надеясь навсегда покончить с многовековой враждой.

Зул Вилард и Арен ожидали в гостиной.

Кофточка, которую она вязала для Дари, валялась на полу, истоптанная, измызганная в грязи, и Нари почудилось, что и по ее душе вот так же прошлись грязными ногами. Уютная теплая гостиная, в которой совсем недавно было столько света, покоя и любви, казалась умершей, разоренной. Камин погас, скатерть сброшена со стола, осколки смешались с остатками еды.

Нари все время смотрела на пол, потому что знала: когда она посмотрит в лицо Арена, которого ненавидит всей душой, прошедшие несколько месяцев, наполненные счастьем, покажутся прекрасным мимолетным сном. А еще она боялась увидеть маму. Что, если ей сделали больно? Надели ошейник? Вдруг она плачет?

Они с Идой сжали пальцы друг друга и распрямили плечи. Нари первым делом посмотрела на маму. Маргарита не плакала, но была очень бледна. На щеке виднелась глубокая царапина и текла струйка крови.

Мать с дочерью обменялись взглядами, но что они могли сказать друг другу? Только: «Держись, родная, я рядом»."

"– Как трогательно, – произнес король, с улыбкой разглядывая переплетенные пальцы Иды и Нари. – Какая нежная дружба между драконом и химерой.

И было в этой улыбке что-то настолько зловещее, что Нари поняла: надежды нет.

Арен молчал, будто бы небрежно очищая кончиком ногтя перстень на правой руке. Его пальцы, как обычно, были унизаны магическими артефактами, которые не расплавлялись при обороте.