Но ни одно из них не достигло цели, словно меня окружает невидимый купол.

Еще рывок – и Бханагор оказывается за спиной у Будгара. Я нагибаюсь, не слезая с седла, и острие таркханара упирается в затылок вождю.

Все замирают. Плечи вождя напрягаются, ногти вонзаются в костяные подлокотники. Миг – и Будгар расслабляется. Слышу его хриплый смешок:

– И что теперь, Прекраснейшая? Убьешь меня?

– И-и-иха! – из толпы высовывается слегка помятый шаман, угрожающе трясет бесполезным бубном и тут же прячется обратно.

– Мне не нужна твоя жизнь, Будгар, – цежу, надавливая на меч.

Его смех становится громче:

– Ты просишь меня освободить дроу? Тех дроу, чьи предки уничтожили твою расу? Посмотри! Разве ты не должна испытывать ненависть, глядя на них?

– Пока что я ненавижу только тебя, – мой голос опускается до свистящего шепота. – И я не прошу! Это приказ.

Подтверждая свои слова, сильнее давлю на меч. Острие протыкает толстую шкуру орка и медленно входит в живую плоть. Вдоль спины вождя сочится густая кровь болотного цвета.

– Вижу, ты настроена очень серьезно, – хмыкает он.

– А ты думал!

Будгар машет рукой:

– Развяжите пленников!

Орки недовольно гудят.

– Я сказал, развязать! – рявкает вождь вождей таким тоном, что я невольно подпрыгиваю на своем скакуне.

И с трудом удерживаю меч. Будгар снова смеется:

– Даже сейчас ты боишься меня, Прекраснейшая, я чую твой страх.

Игнорируя эти слова, смотрю, как к пленникам направляется пара орков. На каждом шагу они останавливаются и бросают на Будгара тоскливые взгляды: а вдруг передумает? Не передумает! Я постараюсь!

Не слишком торопясь и что-то бурча себе под нос, орки начинают развязывать дроу.

– И что дальше? – говорит вождь, привлекая мое внимание. – Что ты будешь делать после того, как я их отпущу?

– Удостоверюсь, что они живые и невредимые попали домой.

– А потом? Уйдешь с ними?

Он все еще сидит ко мне спиной, даже не пробует обернуться, но я чувствую, как его губы растягиваются в кривую усмешку.

– Нет, – тоже усмехаюсь. – У нас же договор.

«Эль!!! – шипит невидимый Эрионар. – Что ты творишь?!»

– Но если пленники будут отпущены, тебе незачем здесь оставаться, – напоминает Будгар.

– Ошибаешься.

«Эль!!! Не смей!»

Я мысленно отмахиваюсь от асура.

«Возвращайся в Миррагдель, Эри, – посылаю ему сердитую мысль. – Не мешай!»

«То, что ты собираешься сделать, это безумие!»

«Безумием было вообще попасть в этот мир! – отрезаю. – Теперь я сделаю то, что должна».

«Эль, прошу, не надо! – в голосе Эрионара пробиваются умоляющие нотки. – Не делай этого. Я… Я знаю, что ты задумала, я это видел!»

Последние слова он выкрикивает в отчаянии, а я понимаю, что он имеет в виду.

Котел шелки.