Можно было бы подумать-очередная девка, которая ничем не интересуется, разве что тем «как быстрее свалить домой», но нет, вопросов она не задала, но вот снова ткнула меня в ошибку. Стало быть, все замечает, а не считает ворон, попивая кофе из бумажного стаканчика.

— Ну что вы так на меня смотрите? Запятая в дозировке это важно, мало ли медсестра — практикантка и не поймет ошибки.

— Ты абсолютно права. Хорошо, что заметила, каждый из нас не застрахован от ошибки, особенно, когда делает что-то быстро.

— Но вы на меня странно смотрите, как будто хотите надеть на голову пакет и примкнуть к уголовникам.

— Тебе показалось, я любовался твоими очками.

— Я бы сказала, что врать нехорошо, но не буду, вы это и так знаете.

— Можешь переодеваться и идти домой.

— Хорошо, — встает со стула и идет к шкафу.

Берет черную кожаную куртку, пакет и идет в уборную. Зачем я за ней наблюдаю? Хороший вопрос, на который я не придумал ответ. Нет, ну как, как можно напялить на себя такой халат?! Это даже не убожество, это хуже. Это могут надеть только для того, чтобы отпугнуть, не иначе. Встаю из-за стола, беру чашку и вновь завариваю кофе.

— Я все. Точно можно идти? — поворачиваюсь на голос девчонки и с легкостью признаюсь себе, что в незастегнутой куртке она выглядит значительно лучше. Только кроссовки все портят. Хотя, чего я ожидал увидеть у нее на ногах, если она носит комбинезон? Кошмар. С таким ростом только в кроссовках и ходить.

— Можно. Только у меня к тебе еще несколько ценных указаний. Приходишь как можно раньше-уходишь вовремя. Сразу же идешь в палаты, просто спросить кто как. Нет ли там помирашек. Если есть, тут же дуй ко мне или звони. Если со всеми более-менее прилично, берешься за выписки. Главное поняла?

— Да. Смотреть все ли живы.

— Точно. И еще одно, — подхожу к ней ближе и смотрю вниз на ее голову. Господи, какой же у нее рост, если я вижу чуть отросшие корни ее крашеных волос? — Марина, ты же девушка, понимаешь…

— Я знаю, что вы меня считаете страшненькой, но перекраивать свое лицо в угоду мужчине, с которым мы распрощаемся меньше, чем через два года, я не буду. Я могу изредка носить маску, когда вы на меня смотрите, — отпиваю глоток кофе и пытаюсь взять себя в руки.

— С таким языком тебе будет очень сложно выйти замуж.

— Меня не интересуют мужчины, поэтому я туда не стремлюсь, — очень уверенно произносит Марина.

— Ты лесбиянка что ли?! — хорошо, что в ординаторской мы одни.

— Нет. Женщин я не люблю еще больше.

— Значит так, говорю, как есть, я не прошу тебя перекраивать свое лицо, но будь добра-смени халат. Ты же девушка, а халат твой для стокилограммовой бабки.

— Да, тут вы правы, — поправляя за ухо волосы, признает девчонка.