— Ну ты и… убью, — хватает меня за руку и притягивает к себе. — Чтобы больше так не шутила."

"Марк снова хватается за мою сорочку и тянет ее вверх. Я закрываю глаза и поднимаю руки вверх. Прохладный воздух тут же касается моей кожи. Вместо того, чтобы открыть глаза, я так и стою как вкопанная, ощущая тяжелый взгляд Марка. Сжимаю руку в кулак и чего-то жду. Неужели там все так плохо?

— Охренеть, — распахиваю глаза и смотрю на Марка, который судя по всему смотрит на мою грудь. — Что ты там говорила-район груди? Да здесь и вправду район. С ума сойти. Ты что ее раньше забинтовывала? Шикарно. Признавайся, Мариша, где ты такую грудь взяла?

— Из внутриутробного развития.

— Да… развитие оно такое. Черт, как на таком маленьком теле выросла такая грудь?

— Прекрати!

— Ясное дело почему крыса не хотела вылезать из твоей рубашки. Наверное, это все-таки крыс. Сукин сын, узрел раньше меня.

— Ну, Марк! Может мне еще повертеться?

— Зачем? Меня все спереди устраивает. Кайф, — не могу понять, это приколы такие? Ну грудь как грудь. Наверное, большевата для моей комплекции, но для его загребущих рук, которые между прочим уже до этого познакомились с ней, уж точно небольшая. Странно, что сейчас такое неподдельное удивление с его стороны. Марк сглатывает, ведет по моему телу взглядом снизу-вверх и бережно подхватывает на руки. Несет в сторону спальни и опускает меня на кровать. Хочет привстать, но я хватаю его за рубашку и пытаюсь расстегнуть оставшиеся пуговицы. На удивление у меня получается это с легкостью. Снимаю с него рубашку и провожу по его мощным плечам.

— Ты тоже ничего так.

— Да ладно? — наигранно удивляется Марк.

— У тебя в трусах прохладно.

— А вот и не подошла сюда рифма, Марина Евгеньевна, у меня в трусах пожар.

— О Боже, там может хрящ давно спекся?

— В самый раз. Итак, я, конечно, не против посмеяться, но боюсь, что от твоих антисексуальных шуток, у меня эбонитовая палочка, не эбонет. Поэтому на сегодня заканчиваем. Договорились? — киваю в ответ. — Только еще один вопрос без шуток, это важно.

— Мои месячные должны прийти в субботу, но это не столь важно, я уже как два месяца принимаю таблетки и не надо спрашивать зачем и почему. Ты не гинеколог. И если ты поклянешься своим хрящом, что не пихал его ни в одну пещеру без латексных изделий и чист аки младенец, то можешь продолжать. А если нет, то я видела у тебя их в ванной. Наверняка есть и в спальне.

— Ты просто уникальная личность, лапа моя. Я чист аки младенец, остальное потом обсудим. Я тебе справку потом предоставлю.

— Вообще надо бы до, а не после.

— Тсс, — прикладывает палец к моим губам и несильно нажимает на плечи, опрокидывая меня на кровать. Наклоняется ко мне и легонько прикасается к моим губам.