Он приблизился, Олег стал к столбу, но мужик тоже хотел пройти с той стороны, остановился, некоторое время рассматривали друг друга.

Олег сказал севшим голосом:

— Не дури. У тебя все на роже написано.

— Чего?

— Если я упаду, то и тебя потащу. Даже если ты грохнешься сверху...

Мужик покосился за края ступенек, вздохнул:

— Да ладно, проходи.

Он сам отступил на самый краешек, а Олег бочком протиснулся по самому столбу. От мужика несло жареным луком и чесноком, а пот шибал так, что на столбе оставались брызги.

Олег выдохнул, когда поднялся выше, все это время задерживал дыхание, еще десяток ступеней, медь ляды блестит, а когда уперся плечом, сверху донесся старческий голос:

— Да побыстрее, ползешь, как.

..

Олег выпрыгнул, прищурился от яркого света. Во все окна все так же со всех сторон пугающе смотрят солнца, словно башня плавает внутри океана огня, но в самой комнате прохладно и даже сумрачно, а прищурился с перепугу. Крышка со звоном упала на место. В комнате колдуна ничто не изменилось, а сам Россоха, все такой же иссохшийся и остроглазый, повернулся от стола:

— Ну, что ты там о войне?"

"Он показался Олегу моложе, к тому же что-то странное с лицом, с трудом сообразил, что глаза колдуна стали ярко-желтыми, а в прошлый раз.

.. в прошлый раз были явно другими. Да и сам вроде бы моложе, крепче, только голос все тот же нетерпеливый, с брезгливостью и раздражением.

Олег поклонился:

— Здравствуй, мудрец. Я вспомнил твои слова о войне, что разразится утром. Но прошло уже не одно утро... Не связано ли это с самим Перуном, знаемым в разных странах под именами: Маржель, Тор...

Россоха бросил злобно:

— Не трать слова.

Колдуны знают его имена. Что ты хочешь? Говори быстро.

— Прости, что отрываю... Мне просто показалось, что Перун... Ты можешь сказать, где он сейчас?

Россоха фыркнул:

— В вирие, конечно!

— Разве? Если война вот-вот, то он в первых рядах. К тому же вообще редко бывает на небесах. Боги его не жалуют, да ему и самому бы бродить по земле, петь свои песни...

Он осекся. Россоха смерил его недоверчивым взором:

— А это в Лесу откуда знают?.. Впрочем, так оно, может быть, и есть. Но узнать, где сейчас бог, зримо немногим из высших чародеев.

Либо самим богам... ты чего вздрогнул?.. либо чародеям. А тебе зачем?

Олег ответил сдавленным голосом:

— Кто-то должен пойти к нему. А еще лучше, если пойдет не один.

Россоха отшатнулся в великом удивлении:

— Зачем?

— Попробовать убедить... Глупо? Но что-то же надо делать?

Россоха содрогнулся всем телом, как тонкое дерево, по которому ударили топором:

— Я к богу войны не подошел бы и на версту. А знай, где он, перебежал бы на другой конец света.