Это было похоже словно кора старого дерева задвигалась, Олег почти услышал, как трутся и шелестят сухие чешуйки.

Его руки упирались в мокрый холодный песок. От пальм спешили еще два подростка с полными ведрами, с краев срывались прозрачные капли. Мужчина вскинул руки, подростки остановились, глаза горели любопытством. Мужчина прикрикнул, и они нехотя повернули к пальмам. Там в тени лежали мохнатые звери, Олег поморгал, глаза наконец сошлись, он разглядел неподвижных верблюдов.

Мужчина всматривался пытливо, Олег угадал хозяина каравана, а то и главу племени, увидел, как сухие руки раздвинулись в приглашающем жесте:

— Мир тебе, чужеземец с красными, как огонь, волосами.

Старые люди говорят, что встреча с таким человеком предвещает большую беду. Когда мы наткнулись на тебя... уже умирающего, кто-то сказал, что не следует вмешиваться в волю небес.

Олег прошептал:

— И почему же вы...

— Но другой мудрец, — сказал мужчина, пояснил с иронической усмешкой, — у нас все мудрецы... сказал, что небо именно нам нарочито послало испытание. Мы должны выбрать: идти ли своей прежней дорогой, хоть и бедной, но спокойной, или же рискнуть пройти через беду.

Ибо беда ломает слабого, а сильного только очищает от коросты, делает крепче, показывает его себе и другим, каков он на самом деле...

Олег зябко повел плечами:

— Спасибо. Но разве вы рисковали? На моем месте даже злой дух отблагодарил бы спасителей.

Мужчина сказал серьезно:

— Не все подарки стоит принимать. Если ты способен подняться, мы ждем тебя у нашего костра. Если нет, тебе принесут еду.

Олег с трудом поднялся, только сейчас чувствуя, что воздух все такой же горячий, а от песков веет сухим жаром, как из открытых дверей кузницы.

Похоже, ему на голову вылили половину родника, а в небе образовалось не одно облако из кипящей на нем воды.

У костра сидели пятеро. Все сухощавые, как один, жара и сухие ветры вытопили жир до последней капли, черные, как обгоревшие головешки, с длинными ногами, придававшими всем печальный вид. Олега встретили сдержанными кивками.

Он сел на свободное место. Сбоку появилась рука с небольшим кувшином. Прохладная жидкость приятно обожгла горло, он чувствовал, как оживает гортань, пищевод, в животе разлился приятный холодок.

— Спасибо, — сказал он дрогнувшим голосом.

 — В самом деле спасибо... Вы спасли меня не только от смерти... но, может быть, и от чего-то... худшего.

Он чувствовал, что говорит путано, но хозяин каравана спокойно кивнул:

— Да, для настоящих людей нет ничего хуже смерти, а для настоящих мужчин... есть много такого, что страшнее и гаже.

— Спасибо, — прошептал Олег, в горле стоял ком, он глотал и не смог проглотить. — Спасибо... Меня предали те, кому верил, меня бросили на смерть те, для кого сделал все, что от меня требовали...