– Не волнуйся! – закричала в ответ Эмма. – Я все сделаю как следует! Ты только не беспокойся.

Нерлингер приказал подать машину прямо к подъезду. Через несколько минут они уехали. Герман почти сразу позвонил своим родственникам и, взяв машину, отправился следом. Эмма увела девочку в комнату. Калерия Яковлевна прошла на кухню, Мадлен и Берндт вернулись в свою комнату. Дронго спустился в гостиную, где дежурил офицер, смотревший телевизор, и уселся на стуле. Вскоре вошел Арнольд Пастушенко и сел рядом с ним. Молчание было долгим.

– Лесю отравили тем же ядом, каким за день до этого отравили хозяйку дома, – наконец сообщил Арнольд.

– Примите мои соболезнования.

– Спасибо. Вы были правы, когда, едва взглянув на Лесю, сказали, что ее отравили ядом. Как вы смогли так быстро это определить?

– Многолетняя практика, – пояснил Дронго. – Вы любили ее?

– По-своему, да. Она была взбалмошной, неуравновешенной, задиристой, отважной. Но в молодости подобные качества естественны и простительны. Я сам был таким. Молодым, наглым, считал, что весь мир у меня в кармане, и дважды едва не погорел. Но, как видите, все обошлось. Со мной все обошлось, а с Лесей нет. Ее подло убили у нас на глазах. Чашка, из которой она пила, стояла в пятидесяти сантиметрах от меня. Или еще ближе. И я не понимаю, кто и когда мог бросить туда яд.

– Мы все встали в тот момент, когда услышали, что звонит тетя Сюзанна, – напомнил Дронго, – и, видимо, убийца воспользовался этим моментом.

– Если бы мы знали, кто это был, – вздохнул Пастушенко. – Я даже не знаю, кого мне подозревать. Хотите откровенно?

– Можете не говорить. Я знаю, что вы можете сказать, – продолжил за своего собеседника Дронго. – Вы хотите сказать, что я единственный человек, по отношению к которому у вас есть подозрения. Правильно?

– Да. Вы единственный среди нас чужой.

– И поэтому вы мне не доверяете. Все правильно. Только я не убивал вашей супруги, это абсолютно точно.

– Тогда кто ее убил? Я никогда в жизни не поверю, что это сделала Анна.

– И ее вы тоже до сих пор любите?"

"– Это другая любовь. Пополам с болью. Мы ведь были дружны с первого класса. Она мне всегда очень нравилась. Полагаю, что и я нравился ей. Потом время нас раскидало, я уехал на Украину, они остались в Казахстане, затем перебрались в Германию. Когда я приехал сюда, то довольно быстро выяснил, что она уже вышла замуж за Германа Крегера. Если бы вы знали, какая трагедия это была для меня. А позже мы случайно встретились. Нет, это была не любовь. Просто внезапно вспыхнувшая страсть. Уходя, она предупредила меня, что больше никаких встреч не будет. Чтобы я даже не пытался с ней увидеться. И ушла, казалось, навсегда. Через некоторое время я узнал, что она ждет ребенка. По моим расчетам получалось, что это моя дочь.