– В следующий раз будет лучше, если ты спросишь у меня разрешение.

– Ей уже давно пора спать, – поддержала мать Мадлен. – Я думаю, что нам пора заканчивать празднование юбилея.

– Давайте выпьем еще раз за нашу хозяйку, чтобы она жила еще сто лет, – лицемерно предложил Пастушенко среди всеобщего неприятного молчания. Он взял бутылку шампанского и снова начал обход гостей, наливая каждому в высокие бокалы. Перед каждым из гостей стояли два бокала и один стакан. Сказывалось пристрастие хозяйки дома к некоему показному аристократизму. Выросшая в бараке североказахстанского лагеря для членов семей врагов народа, Марта любила этот большой особняк и требовала, чтобы перед каждым из гостей выставлялось определенное количество посуды и бокалов.

– Нельзя мешать вино и шампанское, – заметила Анна.

– Мы только выпьем напоследок за фрау Марту, – сказал Арнольд, – в конце концов, это даже обидно, что здесь останется шампанское, которое мы не выпьем за здоровье и долголетие хозяйки дома.

– Не думаю, что все присутствующие так желают мне долгих лет жизни, – криво усмехнулась Марта.

– Давайте выпьем за Марту, – неожиданно согласилась ее младшая сестра.

– За ваше здоровье, фрау Марта! – поднял бокал Арнольд, возвращаясь на свое место.

– За тебя, мама, – подошла к ней Мадлен.

Марта нехотя подняла свой бокал.

– Арнольд, вы все опять перепутали, – сказала она. – Вы мне почти не налили вина. А у моей сестры опять полный бокал. Ей нельзя столько пить.

– Извините, – пробормотал Пастушенко, подбежав с бутылкой и доливая шампанское в бокал хозяйки дома.

– Будем считать, что я согласилась выпить за ваш тост, – сказала Марта, поднимая свой бокал и чокаясь со своей дочерью. Затем она выпила шампанское. – Хорошее шампанское всегда бывает немного кисловатым, – убежденно произнесла Марта.

Она обернулась, словно в поисках своего стула, и тяжело опустилась на него.

– Кажется, у меня болит сердце, – призналась Марта.

– Это все из-за переутомления, – убежденно сказала Мадлен. – Мы скоро уйдем, а тебе нужно будет немного полежать и отдохнуть. И нашей тете Сюзанне тоже следует отдохнуть. Вчера она была в очень плохом состоянии.

– Нет, – возразила Сюзанна, – я чувствую себя нормально.

– Кажется, мне понадобится врач, – вдруг сказала Марта. – У меня сильно кружится голова."

"Она поднялась со стула, пошатнулась.

– Что с тобой? – спросила испуганная дочь.

– Не знаю. – Марта обвела всех каким-то странным, невидящим взглядом и, ни с кем не прощаясь, повернулась, чтобы выйти из гостиной. Спальни в этом доме находились на втором этаже. Все молча следили за ней. Она сделала шаг, другой, третий… Затем обернулась.

– Не понимаю, что со мной происходит. – Женщина внезапно пошатнулась и начала оседать на пол.