Она выла, а темные глаза западали в ямы, уродуя прекрасное лицо, и на глазах Данери, Елении и Анатоля вокруг стройного тела молодой Фурии закружился чёрный вихрь.

Через несколько секунд перед пораженным  бывшим женихом предстала Фурия Мадлен Роннигус во всей красе. Страшная старуха с лицом, обтянутым пергаментной пожелтевшей кожей, с чёрными глазами-ямами и извивающимися змеями на голове. Лицо старухи было перекошено от ярости, от чего стали видны длинные острые зубы.

— Соскучился по твоей Фурии, — осторожно проговорил Эдвард, но в следующий миг уродливая когтистая лапа распорола ему грудь, а на рубашке выступили алые полосы крови от нескольких глубоких ран.

Еления испуганно вскрикнула и хотела броситься к Мадлен, но Анатоль Мароу схватил её в объятия, удерживая.

— Милые бранятся, только тешатся, — нервно произнес он, а девушка в изумлении посмотрела на парня, а потом перевела испуганный взгляд на Мадлен и Двойника.

Они молча боролись. Данери одной рукой схватил Фурию за когтистую лапу, с усилием отводя её от  лица, а второй рукой за другую лапу, направленную снова на грудную клетку.

— Она сейчас убьёт его, — пробормотала Еля. — Она в дикой ярости.

Но, к её удивлению, Фурия оказалась не сильнее мужчины.

— Мадлен, давай поговорим, — уговаривал Данери. — Пожалуйста. Ты все поймёшь. Я выполнял свой долг перед родиной. Я не мог тебе открыться.

Но Фурия, разъярённо шипя и скалясь, изо всех сил пыталась добраться до Эдварда. После перевоплощения они с ним стали одного роста и силы. Двойнику пришлось использовать весь огромный магический резерв, чтобы противостоять Мадлен, и пока у него получалось, но только пока.

Неожиданно он ловко оттолкнул разгневанную Фурию и закрыл у неё перед носом дверь.

Выбив дверь сильной лапой, Фурия последовала за жертвой."

"Еления и Анатоль Мароу бросились за ними следом.

Мадлен распорола когтями спину и плечо Данери, который, к удивлению Ели, только уворачивался от когтистых лап, не предпринимая в ответ защитных мер, кроме магического щита, который в итоге вынужден был выставить, чтобы разъярённая Фурия не убила его.  Мужчина убедился, что именно эту цель она и преследовала, не собираясь выслушивать никакие объяснения.

— Госпожа Мадлен, вы убьете его, — голос Мая Данери, по мнению Елении, был слишком сдержанным и не подходил эмоциональному представлению, которое они все наблюдали.

Разведчик опрокинул стол на Фурию, а потом прыгнул за спины парней.

— Вы нас пораните, — хмуро пробормотал Колин Мароу, с трудом увернувшись от когтистой лапы, исподлобья щурясь на взбешенную Мадлен.

— Не стойте у меня на пути! — прошипела Мадлен, с силой и злостью расшвыривая в стороны молодых магов.