Он стоит там, позади и видит… видит меня такую.

А теперь хочет увидеть еще больше. Я… не могу.

Не могу!

Я до боли прикусила губу, чтобы не разрыдаться, и вдруг ощутила, как мою руку резко отстраняют ледяные мужские пальцы. Они не стали медлить, а дернули клочок ткани вниз по бедрам одним движением, заставляя меня потерять равновесие и упасть на подломленных руках, чуть не уткнувшись лицом в паркетный пол кабинета.

Я отшатнулась, вывернулась из рук Муратова, дернулась…

И прямо перед лицом увидела покачивающийся темный член с разбухшей фиолетовой головкой.

С перепугу мне показалось, что он невероятно огромный, просто чудовищно, нечеловечески. Какой уж там минет, он бы просто не поместился!

Зажмурившись от ужаса, я взвилась с места, снова чуть не упав из-за высоких каблуков, одним движением натянула трусы и одернула юбку, сбросила мешающие туфли и рванулась к двери кабинета.

Вылетела из него пробкой как была: растрепанная, с раззявленным ртом, в слезах, в расстегнутой блузке и босиком пронеслась мимо очереди безупречно выглядящих претенденток на стажерское место и слетела по холодящим ступни бетонным ступеням пожарной лестницы прямо на улицу, под моросящий осенний дождь.

Напрочь забыв и о документах, и о плаще, оставшемся в приемной. Вообще обо всем. Стояла босыми ногами в луже и истерически рыдала прямо у помпезного гранитного входа в темно-серых тонах с золотыми сияющими буквами на фасаде: «Корпорация «Билингва» – мы говорим на вашем языке».

Я все провалила. Все. Вообще все.

И вдобавок оказалась босой и раздетой в центре города и без копейки денег.

Однако раньше, чем я успела осознать свое положение, к бордюру притерся огромный черный джип, дверца распахнулась и меня стремительно втянули внутрь. Взвизгнув тормозами, джип рванул по проспекту, не заботясь о комфорте тех, кто был внутри.

Меня шатнуло, я почти свалилась на кого-то, кого не видела в темноте, но хорошо чувствовала его наглые лапищи, захватавшие меня во всех местах: за грудь, промежность и под конец пожамкавшие ягодицы.

– Ну, спрашивать как все прошло, не буду… – издевательски протянул знакомый мне голос с переднего сиденья. Я подняла изуродованное истерической гримасой лицо и встретилась взглядом с Лысым. – От Муратова девки так быстро не уходят. И на своих ногах… Облажалась, Юленька?

Я сжалась в комочек, давя в себе истерические рыдания. Страх перед этими людьми теперь, вдали от Эльдара Муратова, оказался куда сильнее любого унижения, которое я могла испытать в том кабинете. Что мне стоило чуть-чуть потерпеть?! Он уже сам все начал делать!

– Отдай ее мне, – ухмыльнулась темнота рядом со мной. От темноты пахло табачным дымом и чесноком, а еще оттуда вылезла лапа, которая снова пожамкала мою задницу. – От меня тоже не уйдет.