Его охватило стремление обнять, утешить ее.

— А кто был болен? — поинтересовался Мел.

— Ты его не знаешь.

Сабина намазала рогалик маслом и отвела глаза.

— Я об этом догадался, — улыбнулся он. — Мужчина, которого ты любишь?

Она заметила, что его терзают боль, сомнение, страх, и ей стало жаль его… себя… и Энтони.

— Да. Но не в том смысле, в котором ты думаешь. Это мой сын. Мел. У меня есть пятнадцатилетний сын.

Сабина посмотрела Мелвину в глаза, ей самой была непонятна причина своего внезапного откровения.

— Господи Боже! — ошеломленно воскликнул Мел. — Я бы никогда не подумал… Она улыбнулась и откинулась в кресле:

— И никто бы не подумал…

— И он заболел?

Мелвин что-то начал понимать, но вопросов оставалось еще очень много.

— Он болен от рождения… Сабина спокойно, без слез, объяснила, какие у Энтони нарушения.

— Я не знаю, увижу ли его снова живым. А в тот вечер, когда они позвонили… я должна была лететь.

Голос у нее сорвался. Мел ласково вытер ей слезы, чувствуя, что сам вот-вот расплачется. Он вспоминал собственные переживания, когда пятнадцать лет назад у него погибли дети… Возможно, это произошло одновременно с рождением ее сына? Их трагедии странным образом совпали.

— Почему ты ничего не сказала?

— Почему? Я никогда никому об этом не говорила. Я несу мою ношу одна.

Сабина произнесла это почти с гордостью. Мелвин уважал ее независимый характер, но любовь его никогда не была столь сильной, как сейчас. Его сердце стремилось к ней.

— Тебе больше не нужно этого делать, Сабина. Я готов тебе помочь.

— Я знаю. Но Энтони мой… Я люблю его всем сердцем. И не хочу, чтобы кто-либо досаждал ему. Энтони принадлежит только мне.

— А как же его отец? Он что, ничем не помогает?

Сабина покачала головой.

— Ребенок-калека — это для него слишком хлопотно. Я не видела его с рождения Энтони.

— Свинья!

В глазах у Мела мелькнула ярость. Сабина философски улыбнулась и вздохнула:

— Да, такие встречаются, мой дорогой. Но ты не такой, ты ко мне так добр.

Мелвин решил, что настал момент, которого он ждал.

— Я хочу на тебе жениться, — сказал он. От его слов у Сабины перехватило дыхание. Она медленно покачала головой:

— Я не могу, Мел… Я не могу… Я к этому не готова…

— Но почему?

— Мне кажется, это не для меня. Мел. Я предпочитаю сама за себя отвечать, вести самостоятельную жизнь… и потом, у меня есть Энтони. Я не могу тебя этим обременять. Что, если со мной что-то случится? Ты будешь чувствовать себя ответственным за него.

— И что в этом плохого? Любовь для того и существует.

Любовь… Для Сабины главным объектом любви был ребенок. Она на протяжении многих лет не хотела выходить замуж.