Глава 8

Где нет мира, там всегда рядом смерть.

В доме у Самойлова пахло несчастьем.

Лекарствами. Кварцеванием. Болезнью.

Его жена Ирина была похожа на тень женщины, которая когда-то лучилась радостью и благополучием. Тонкая высокая брюнетка была немного выше мужа, но при этом в их лицах улавливалось сходство черт, словно они были братом и сестрой.

Игорь Петрович виновато представил гостью:

— Ира, познакомься, это Василиса Андреевна — подруга Олега Викторовича. Она хочет познакомиться с Соней.

На лице женщины отразилось усталое раздражение:

— Игорь, ты издеваешься? Соня то ли спит, то ли между жизнью и смертью находится.

Какие знакомства?

Иногда просыпается, но начинает бредить, говорить на французском.

Думаю, что её выписали из больницы, чтобы она умерла дома.

Чувствую, что не довезём мы её до израильской клиники, — Ирина закрыла лицо руками и заплакала.

Игорь Петрович обнял жену. Он и сам, переступив порог дома, словно постарел на десять лет: плечи опустились, голос стал тихим и бесцветным.

Василиса спросила, где можно помыть руки, и после гигиенических процедур попросила Игоря Петровича проводить её в комнату девочки.

Сонечка лежала на специальной медицинской кровати с капельницей в руке. В комнате стояли какие-то аппараты, вероятно на случай реанимационных мероприятий. Казалось, что малышка спит. Лицо было воскового цвета, черты стали резкими и она напоминала скорее старушку, а не маленькую девочку. У Василисы слёзы выступили от жалости к ребенку.

Она села на самый краешек кровати и стала звать девочку на французском языке, называя странным именем Софи:

— Sophie, Sophie, bébé, reviens-moi.

(Софи, Софи, детка, вернись ко мне).

Василиса взяла ладошку малышки и начала её нежно гладить:

— Софи, девочка моя, я так скучаю по тебе! Не уходи, пожалуйста! Услышь меня, доченька!

Слёзы капали из глаз, но женщина этого не замечала.

Сонечка с трудом открыла глаза и непослушными синими губами прошептала:

— Мамочка, ты вернулась! Почему ты так долго ко мне не приходила? Где ты была?

Родители девочки и Олег, стоящие у дверей, пребывали в шоке. Василиса и Соня общались на французском языке, и невозможно было понять, что происходит.

Василиса улыбнулась и поцеловала руку девочки:

— Солнышко, мне нужно было уехать.

Но я всегда с тобой, ты же это знаешь. Почему ты ничего не кушаешь? Разве можно так пугать свою маму.

Одинокая хрустальная слезинка скатилась на подушку малышки.

— Посмотри, кого я тебе привезла? — Василиса посадила голубого смешного зайца на кровать.

Сонечка перевела взгляд на игрушку:

— О, Марсель! — она с трудом улыбнулась. — Мамочка, спасибо! Я так по нему скучала?

Сонечка попыталась сесть, но у неё ничего не получилось.