Широко зевнула, прикрывая ладонью рот, и замерла, внимательно прислушиваясь. Призрак мадам Джакобо пропал. С вечера ее не видела и не слышала. Может, впустили ее в верхний мир, и все?

Свобода… мне. Хоть бы… хоть бы…

Довольно улыбнувшись, я встала, доплелась до кресла в зале и, упав в него, подняла трубку телефона.

– Хостес, – радостно сообщила Камила. – Что вам угодно, Арина?

– Кофе, – пробормотала я, разминая затекшую со сна шею. – Черный с сахаром.

– И все?

В ее вопросе я почувствовала какой-то подвох, но предпочла не заметить его.

– И все, – закивала я сама себе.

– Хорошо, ждите, – недоверчиво протянула она. – К вам поднимется работник ресторана.

Повесив трубку, я зевнула и поплелась в ванную комнату приводить себя в порядок…

Кофе оказался слишком уж сладким, но жаловаться я не стала. Сама не уточнила, сколько кусочков сахара класть.

Стоя с чашечкой этого напитка у гардеробного шкафа, я решала, что сегодня надеть. Вот раньше было хорошо – две белые блузки и две черные юбки. Никаких терзаний по поводу внешнего вида… А сейчас…

Сделав глоток, я хищно улыбнулась. Да уж лучше такие проблемы, чем решать, с каких денег гасить кредиты сестры или как избежать роли дачного грузчика для матери.

Чем дольше я об этом размышляла, тем меньше мне хотелось возвращаться в свой мир к разбитому корыту с венцом безбрачия в анамнезе.

С балкона донесся слабый шум. Будто в косяк двери постучал кто-то. Смутившись, я решила проверить, мало ли с какой стороны здесь гостей ждать можно. Выйдя на небольшую площадку, я весело засмеялась. Прямо передо мной на перилах гордым орлом сидел Гарри, важно расправив крылья.

– Несравненная Арина, – пафосно воскликнул он, – я вчера не успел утешить вас, был занят берендеем.

"– А зачем так торжественно-то? – смутилась я, глядя на красиво завернутое пирожное в его протянутой руке. – Это мне?

– Да, прекрасная из человечек. К вашему, – повел он носом, – кофе. Судя по аромату, ты заказала его в нашем ресторане. – Он изменил тон и поморщился: – Лучше его покупать в кофейне напротив.

Обернувшись, гаргул ткнул пальцем в небольшое одноэтажное здание внизу за его спиной.

Кивнув, я приняла к сведению. Кофе был откровенно невкусным и горьким.

Мое внимание вновь вернулось к мужчине. Вблизи его крылья оказались кожистыми, как у летучей мыши, плотными и отчего-то блескучими. В них, немного ослепляя, играли солнечные блики.

– Ты на работе? – перевела я взгляд на мужчину.

– Да, я почти всегда на смене. Семьи нет, дом пустой…

– Ничего… – Мне вдруг стало жаль, что такой хороший мужчина и никем не занят. – А в мой мир вам совсем нельзя?

Он покачал головой и вздохнул.