Босс действительно убрал руку с моей спины, но лишь для того, чтобы, обхватив пальцами мой подбородок, поднять голову и вынудить смотреть в его глаза.

При этом я заметила, как белой тенью под потолком металась его маменька, охая от поведения своего сыночка.

– Арина… – голос господина Инчиро приобрел бархатистые нотки. – Может, уже начнем дружить и прекратим воевать друг с другом? Это утомляет. Тебя что не устраивает, девочка? Я тебе должность дал, оклад большой назначил, комнаты в лучшем крыле выделил. Хостес к твоим услугам. Что ты все фыркаешь на меня?

Взгляд черных как ночь глаз прожигал.

– Нет, Арина, я любить себя не принуждаю, но не лезь ко мне во враги. Тебе там делать нечего, – продолжил он, воспользовавшись моей растерянностью. – И убери сырость с глаз, тебе ничего не угрожало. Я очень надеялся, что он действительно скинет тебя в окно, а там мгновенно поймают. Но вышло даже лучше.

– А о моих чувствах при этом вы подумали? – выдохнула я, смущаясь от его близости. – Каково мне было в тот момент висеть на подоконнике? Я ведь и вправду решила, что все – последние мгновения жизни.

Он склонил голову набок.

Ни тени раскаяния! Он действительно не понимал.

– Как можно быть таким бездушным? – прорвало меня. – Таким жестоким. Каменным. Вы себе не противны?

Схватив его за запястье, я отвела руку от своего лица и, двигаясь бочком, высвободилась из его объятий.

Господин Инчиро продолжал странно на меня смотреть. Не мигая. Словно в душу вглядывался.

– Арина!!! – дальний коридор сотряс вопль оборотня.

Похоже, сюда на всех парах несся господин Сепп.

– Да когда его уже отпустит? – малодушно выдохнула я.

– Просто скажи ему «нет», и все, – грубо рявкнул босс.

– Я же не вы, – запустила я ему шпильку в больное место и на всякий случай отошла еще на шаг. – Закончатся эти его странные дни и сам остынет. Зачем же жестоко по его самолюбию проходиться?

– Выходит, его самолюбие ты щадишь, а по моему и прокатиться можно? Ты не ответила на первый мой вопрос, Арина. – Он снова ловко поймал меня за руку. – Почему ты думаешь, что я никем и ничем не дорожу?

Я откровенно не понимала, что в этой фразе его так задело. Его рука сжималась на моем плече. От нее исходило такое странное тепло.

И запах. Казалось, корицей пропитано все пространство. Теплый аромат, сладкий и приятный. Ну, не может демон так благоухать.

– А разве я не права, господин Джакобо? Разве вам хоть что-то, кроме золота, дорого?

Я подняла на него взгляд и утонула в черных омутах его глаз. Мне чудилось, что они бездонны.

Где-то там конем топал оборотень, а я таращилась на этого бездушного демона.

– Называй Инчиро. Раз уж я чуть не стал твоим палачом, то тебе можно."

"– Ну, нет уж!.. – Вот теперь уже я встала в позу.