И вовремя: Фрэнки тут же превратился в человека и завернулся в полотенце, чтобы не стоять голышом перед всем классом.

Точнее, перед всей школой, потому что остальные уже тоже услышали переполох. Из всех кабинетов сбежались оборотни и окружили Фрэнки. Большинство учителей тоже пришли.

– Можно узнать, что здесь происходит? – спросила Лисса Кристалл, которая вела в другом классе урок химии.

– Я вам сейчас всё расскажу – но не найдётся ли у кого-нибудь чего-нибудь поесть? – Фрэнки выглядел ужасно: под глазами круги, худенькое тело покрыто синяками. – Я провёл там два дня, а провиант закончился довольно быстро.

Ему тут же протянули десяток разных бутербродов. Фрэнки принюхался и схватил один:

– О, копчёная макрель! Спасибо, Нелл!

Мистер Элвуд взял Фрэнки под локоть, и они с мисс Кристалл направились в кабинет директора – наверное, чтобы Фрэнки немедленно рассказал им всё, что узнал в опорном пункте Миллинга. Обернувшись к нам, мистер Элвуд крикнул:

– Поупражняйтесь пока в двухсекундных превращениях, я сейчас вернусь!

Разумеется, мы и не подумали выполнять его задание: все взволнованно обсуждали произошедшее.

На уроках мы всё пропустили мимо ушей. Наконец наступил обеденный перерыв, и мы встретили Фрэнки в столовой. Он как раз уплетал кусок жареного лосося с картофельной запеканкой.

– Рассказывай! – потребовала Холли, от волнения разламывая еду вилкой на мелкие кусочки.

От напряжения мне стало плохо:

– Пожалуйста, скажи, что ты что-то выяснил! Мы знаем слишком мало, чтобы остановить Эндрю Миллинга.

– Ну да, кое-что я выяснил, – мрачно подтвердил Фрэнки. – Миллинг как раз планирует свой Великий день мести.

– Когда и где? – допытывалась Холли.

– В июне. Во всей Северной Америке.

У нас перехватило дыхание.

– Но это же совсем скоро – сейчас уже май! – Глаза Эмбер округлились. – Я думала, у нас больше времени…

– В какой именно день? – спросил я Фрэнки.

– Не знаю.

– Ты не слышал, что произойдёт?

– Знаю только, что это будет что-то жуткое. Сейчас он занят дисциплиной в своих войсках. Возникли некоторые проблемы с офицерами, у которых, по его мнению, слишком много собственных идей, и с добровольцами, не привыкшими убивать.

По группе слушателей, среди которых были и мы с Холли и Брэндоном, прокатился испуганный рокот:

– Они в самом деле хотят убивать людей?!

– Кого же… Кого же… они будут убивать? – прерывистым голосом спросила Нелл.

 – Оборотней? Людей?

– Убийство? Этого не может быть! Наверное, ты что-то неправильно понял, Фрэнки. – Лу никак не могла в это поверить. «Какая же она наивная», – пронеслось у меня в голове.

Фрэнки покачал головой:

– Нет, я не ошибся – они действительно готовы убивать людей. Кого именно, я не знаю.