— И теперь тебе решать, что делать дальше!

— А ты чего хочешь?

— В каком смысле?

— Ну, заключать с этими не пойми кто договор или нет?

— Я хочу спокойно жить. Чтобы никто не врывался к нам в дом, чтобы никто не хватал и не вез непонятно куда… То есть понятно куда. Нас могли убить… Ты сам знаешь, что с нами могло быть!

— Этот Мартен на ходу подметки рвет.

— Теперь твоя очередь. Его рвать. Если сможешь.

— Ты сомневаешься?

Ульяна остановилась и резко повернулась к Ереме:

— Я в тебе не сомневаюсь! Поэтому прошу, сделай так, чтобы я могла спокойно жить и спокойно работать.

— Я приставлю к тебе двух телохранителей, — сказал Ерема.

— Телохранителей? — нахмурилась Ульяна.

— Они всегда будут тебя сопровождать.

— Ходить как тени?

— Ходить. И ездить. Как тени.

— Всегда и везде?

— Тебя это не устраивает?

— Да нет…"

"Ульяна явно была озадачена. Похоже, она уже жалела о том, что поставила вопрос ребром. Не нужны ей телохранители, а почему? Уж не потому ли, что никто ей не угрожает? Может, у нее роман с Мартеном, а телохранители будут мешать.

— Тогда вопрос решен!

Прошли квартал, Ерема наконец-то остановил частника, и они беспрепятственно вернулись домой.

Он закрыл Ульяну в квартире, приставил к ней охрану, а сам отправился на рынок.

Собирая на сход пацанов, Ерема попытался сосредоточиться, но мысли разбегались, перескакивая с Мартена на Ульяну, досталось и Костяхе. Может, и он как-то связан с этой проблемой. Не зря же Мартен упомянул поселок, откуда Костяха родом.

— Ну что я скажу, пацаны, — собрав сход, начал Ерема. — Было время, были люди, а сейчас мы стали барыгами. Я барыга, вы барыги, разжирели, закабанели. Нюх потеряли! А Мартен молодой, злой, голодный… Голова на голодный желудок лучше работает, крутиться заставляет.

Под ментов, падла, сработал! Я охрану не виню, им выступать против ментов задача не ставилась. Но меня сделали, конкретно сделали. Второй раз!

— Нападать всегда легче, — в раздумье проговорил Ништяк.

— Мартен показал свою силу, показал, что может делать с нами все, что захочет. И что с ним лучше дружить, чем воевать.

— А с ним можно дружить? — спросил Костяха, озадаченно глядя на Ерему.

— Не знаю. Может, попробовать. Восемьдесят штук в месяц за крышу.

— Кто он такой, этот Мартен, чтобы ставить нам крышу? — поморщился Бычок.

Ерема не уставал задавать себе такой же вопрос. Гордая душа не позволяла ему сдаваться на милость какого-то проходимца, но и воевать с Мартеном он пока не мог, потому как не знал о его слабых местах. Присмотреться к нему надо, пробить по всем статьям, узнать, с чем его можно съесть, а потом уже запрягать лошадей. Но пацанам пока что совсем не обязательно знать о его коварных планах. Увы, но Ерема не уверен был в своей братве. Тот же Костяха мог быть заодно с Мартеном.