Значит, мои чувства не угасли. Их не притупили ни годы разлуки, ни наши ссоры, ни колкие высказывания Престона. Что же делать? Как возродить в нем былую любовь?

Внезапно внутренний голос шепнул, что скоро все наладится. Умиротворенная этой мыслью, я повернулась на бок и, испустив легкий вздох, уснула на своей половине кровати.

Глава 6.3 Дэниар Престон

Дэниар Престон

Я проснулся на рассвете, до первых петухов, и довольно улыбнулся. Второй день подряд пробуждение было невероятно приятным – я лежал в теплой постели, на шелковых простынях. Моя правая рука обхватывала тонкую девичью талию, а нога удобно устроилась между стройных ног Айрин.

Как я оказался на второй половине кровати? Ведь, помнится, засыпал на своей. Причина крылась в Айрин. Эта девушка притягивала меня, словно магнит. И сколько бы я ни вел борьбу с самим собой, вечно проигрывал. Ее имя, голос и образ настолько сильно отпечатались в сознании, что уже ничто не искоренит их оттуда.

Несколько минут я просто лежал в полусонном забытье и наслаждался теплом, которое дарило тело Айрин. Оно чувствовалось даже через тонкую ночную сорочку. Но еще больше удовольствия мне доставляло ощущение мягкости девичьего живота под рукой и упругих ягодиц, упиравшихся в мои бедра.

Мне не верилось в действительность происходящего. Прошлое потихоньку стиралось из памяти, но воспоминания о тех ужасных днях по-прежнему были яркими и приносили моему сердцу ужасные мучения. Сколько ночей я проспал на каменном полу, промерзая до костей и не замечая неудобств, только благодаря вечной усталости и непрекращающейся боли? Сколько дней я провел под землей, не видя солнца и голубого неба? Сколько часов я был вынужден работать до бессилия и горящих огнем мышц в мольбах к богам, в которых раньше не веровал? Пожалуй, слишком много, чтобы нынешняя реальность не показалась сном.

От Айрин приятно пахло апельсиновой водой. Я сделал глубокий вдох, и локон светлых волос, угодив в нос, защекотал его. Мне с трудом удалось сдержаться, чтобы не чихнуть. В противном случае идиллия момента была бы нарушена и тогда прекрасное утро омрачила бы нелепая случайность.

Приподнявшись аккуратно на локте, я заглянул в лицо спящей жены. Айрин казалась хрупкой, но у нее внутри имелся стальной стержень, который невозможно было даже согнуть. Она изменилась, очень изменилась… Впрочем, как и я.

Осторожно и очень медленно я стянул с молодой супруги одеяло и, продолжая опираться на локоть, внимательно осмотрел ее с головы до кончиков пальцев на ногах. Колени, прикрытые ночной рубашкой, были слегка согнуты, а правая ладонь покоилась под щекой. До чего она все-таки красива!

Внезапно Айрин пошевелилась и легла на спину, предоставив мне возможность любоваться собой.