Нет, просто мало ли что…

Я, конечно, не должна волноваться за взрослого мужчину, в анамнезе которого имеется ножевое, но в груди что-то зудит. Не такой уж он и плохой, если разобраться. Просто обстоятельства.

Я его защищаю? Нет. Или все-таки да?

— Можно? — Стучу в дверь кабинета из-за которой доносятся звуки классической музыки.

Не получив ответа, захожу.

Расстегнув рубашку и закатав рукава, Тимур лежит на кожаном диване. Ноги закинуты на журнальный столик."

"Мой взгляд неконтролируемо залипает на его груди, в том месте, где закручивается рисунок татуировки.

— Что играет знаешь? — Вдруг спрашивает Киров.

Я аж подпрыгиваю от неожиданности.

Не желая «ударить в грязь лицом» вслушиваюсь в мелодию и пытаюсь достать из памяти долгие культурные вечера с Ириной Львовной в филармонии.

— Вивальди? — Говорю неуверенно. — Времена года?

— Что именно? — Продолжает музыкальный экзамен Тимур.

— Не знаю… не могу вспомнить, — смущаюсь я и перевожу разговор на вопрос, за ответом на который пришла. — Вам стало лучше?

— Да, почти, — отвечает он и медленно поднимается в положения сидя. — Прям, человеком себя чувствую.

— Хорошо, — не знаю я куда деться от его пристального, с интересом изучающего меня взгляда. — Тогда, спокойной ночи…

— Идите, Катя, — соглашается он. — Спокойной ночи.

Проверяю Демьяна и укладываюсь спать в небольшое кресло рядом с его кроваткой, закрываю глаза и… понимаю что перед ними стоит голый торс Тимура. Грудь с темной порослью волос, которые, спускаясь тонкой дорожкой по животу, уходят за пояс брюк. Плечи, руки со все дутыми венами, массивные часы на запястье…

Да что же это такое!

Переворачиваюсь на другой бок и обнимаю подушку. Спать, Катя!

Глава 16

Тимур

Выдержка трещит по швам. Третье утро моя утренняя эрекция имеет имя. Катя… Чтоб ее. И сегодня эта чертова нянька пиздец какая красивая. Меня пенит ядом от этого факта, потому что не для меня все старания. А для бывшего мужа. Какого-то книжного червя, спутавшегося с молодой шлюхой. Шлюхой, да да. Но вмешиваться в ситуацию я не желаю. По крайней мере, точно не с его стороны. Мужики должны с аппетитом жрать последствия своих решений. А эта дура… простит ещё не дай Бог.

Тонкая шелковая блузка, юбка-карандаш, хвост на макушке, идеально накрашенные губы и глаза… Провожаю взглядом Катю и мысленно перехватываю ее за хвост. Нагибаю над столом и… медленно, долго, сладко, сзади… Бляяя…

— Тимур Сабитович, вы меня слышите, — нарушает нянька мои фантазии.

Смотрю на неё почти с ненавистью. Она наклоняется ниже, меняя памперс Демьяну.

— Пожалуйста, посмотрите внимательно, вот это желтая полоска-индикатор, если она станет зелёной, ребёнка нужно помыть и переодеть. Обязательно.